Хохотун на Перекрёстке миров

Второго шанса заслуживают все. Особенно, если самого страшного они совершить не успели, – богиня оборвала Хохотуна, не давая тому удариться в попытки пожалеть самого себя. Неясная полупрозрачная фигура самой Справедливости подошла к Васе по воздуху и лёгким движением приподняла его голову, посмотрев в глаза. Школьник, заворожено смотря в две светящиеся точки, ощутил, как слабеет касание Астории. Растворяясь в воздухе, словно мираж, богиня сказала напоследок безмолвно сидящему на краю обрыва школьнику:

– Хоть все перерождаются, но жизнь по-прежнему всем дана одна.

Хохотун проводил взглядом свет частичек истаявшего силуэта. Уперевшись в лоб руками, школьник просидел так достаточно долго – другой корабль, загруженный товарами с острова, уже успел отчалить, пролетев прямо перед глазами Василия.

– Вася! Ау! Вася! Хохотун! – Джон пытался докричаться дошкольника, тот его словно не слышал.

– А! Что случилось? – Василий выглядел растерянным и напуганным, словно не ожидавшим крика прямо в ухо.

– Случилось. Я до тебя минут пять докричаться не мог, – раздражение в голосе Смита было практически осязаемым.

– Я ничего не слышал… – Вася говорил чистую правду: – Минут пять назад я говорил с Асторией.

– А-а-а. Всё понятно. Меня заблокировали. Но это сейчас совершенно неважно, – поняв, что Хохотун нисколько не виноват, Джон тут же остыл и перешёл на свой обычный полурасслабленный, полуделовой тон.

– Так что, нашёл Броунз? – Василий перешел к делу, стремясь скорее работой загнать растревоженные Асторией мысли подальше на задворки сознания.

– Да, но это не главное. Кто-то притащил на корабле нескольких зомби, и теперь весь причал усеян нежитью. Так что тебе надо валить отсюда, – Смит был собран и спокоен, словно нашествие зомби было чем-то совершенно обычным и даже привычным.

– Вот чёрт! Мирна! – Василий, подскочив, ринулся в сторону причала, готовясь к выстрелу из пальцев.

– Какая ещё... Ты её знаешь первый день! Окстись! – Джон пытался было остановить школьника, но тот бросил ему в ответ железный аргумент:

– Моя жизнь ничерта не стоит, а вот у неё и прочих она всего одна!

Чем ближе Василий был к кораблю и причалу, тем громче слышались крики о помощи. Боясь, что он уже опоздал, школьник прибавил ходу, готовый к немедленному сражению во всём, кроме одного.