Хохотун на Перекрёстке миров

Задумчиво почесав затылок, Вася пошел за ней.

Вскоре они дошли до круглого зала, весьма просторного, с огороженными красными шторами кроватями по периметру. Некоторые из них были свободны, с одёрнутой тканью. Из прочих уже доносились весьма недвусмысленные стоны. Школьник залился краской и едва не подскочил, когда сопровождающая взяла его за руку, чтобы отвести к свободной кровати.

– Не-не-не, я не могу так…

– Приказ графа Харриса, – девушка, похоже, больше смущалась от похвалы, нежели от творящегося вокруг разврата.

Не чувствуя земли под ногами, Вася поплёлся следом, вовсе не желая такого окончания вечера. Войдя в кабинку, девушка задернула штору и повернулась лицом к Хохотуну. И не только лицом – лёгкое платье, стоило лишь лямкам соскользнуть с плеч, упало на каменный пол. Выскользнув из сандалий, она легко толкнула Васю на кровать. Тот мигом отполз от неё и вскинул руки:

– Стоп! Хватит! Я... не могу, – Василий не знал, куда деть глаза, чтобы не пялиться на голое женское тело.

– Вам не нравится?..

– Кхм... Нравится конечно, как такое может не нравится? – Вася почувствовал спиной изголовье кровати и понял, что дальше отодвинуться уже не выйдет.

– Тогда в чём дело? – девушка вполне искренне не понимала, в чём проблема.

– У нас так не принято, там, где я живу.

– А-а-а. Я слышала, что у некоторых народов так – юноши воспитываются мужчинами и спят с ними же, – с задумчивым видом девушка упёрла руку в подбородок.

– Э-э-э…

– Тогда я позову громилу Симонса, – заключила она, ударив кулаком о раскрытую ладонь.

– Цыц! Отставить! – Вася погрозил девушке пальцем, и когда та остановилась, присев на кровать, пояснил: – Не в этом дело. Просто я же даже имени твоего не знаю.

– А. Клавдия. Можем продолжать? – Василий прикрыл лицо рукой. Потребовалось несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и не начать кричать на непонятливую девушку.

– Нет, Клава.

– Тогда я пойду другому. Не ищите меня.

Сжав губы, Вася покинул кабинку и направился к выходу из борделя, названного по недоразумению спальнями. Клавдия, вновь одетая, стоило ей выйти из-за шторки, была тут же взята за руку тем самым охранником, что собирался ограбить школьника.