Хохотун на Перекрёстке миров

Но, добившись своим резким вопросом тишины, Каппо согласился:

– Куда я денусь теперь от вас… я согласен, но при одном условии. Он, – мотнул негр головой в сторону Василия: – Прикончит Рюме на моих глазах. И после этого освободит всех заключённых в катакомбах.

– В этом не сомневайся. Марк позаботится об узниках графа, – ответил Джон, чем вызвал возмущение со стороны волшебника:

– Опять я? Это ещё с какого перепуга?

– Ну а у кого ещё здесь есть сила сделать что угодно из ничего? Ты им хоть поесть дашь, как минимум.

– Да иди ты к чёрту, Джон, – зло махнув рукой на титана, колдун упёр руки в боки:– За это ты мне будешь должен. И выпивкой не отделаешься!

– Договорились, Марк, – титан был само спокойствие.

– Ладно… ты – я тебя сейчас освобожу. Если что-то выкинешь – полетишь искупать все свои грехи в Нижние Миры, – убедившись, что Фрэнк его понял, Антоний щёлкнул пальцами, и Каппо, не теряя ни секунды, бросился к Мирне, рассчитывая взять её в заложники и начать диктовать свои условия, что было для него привычным делом.

– Вот дурак... Тогда будем по-плохому, – волшебник, недовольно кряхтя, поднял руку над лежащим и осоловело смотрящем в пространство Каппо: – Теперече никуда не денешься.

В этот же миг Белый Мститель почувствовал, как он перестает быть хозяином своему телу, полностью подчиняясь воле мага.

– Допрыгался. Но нам так даже легче, – Джон, хмыкнув, потёр руки и приготовился к исполнению своего плана.

Глава 16

Граф Якоб Рюме всю свою жизнь провёл в хорошо укреплённом особняке, выстроенном на холмах в окружении лесов и пары рек. Близлежащий город был всего в получасе неспешной езды по великолепного качества дороге, что вела к массивным воротам в стене, окружающей владения графа.

С высоты в два километра были видны все-все строения за стенами, и заколдованные глаза Василия могли разглядеть даже отдельных людей, муравьями снующих по необъятной территории.

– Они нас точно не увидят? – с некоторой опаской спросил у Антония школьник.

– Никак не смогут, разве что что сунутся за границы моих чар. Я, знаешь ли, не очень люблю, когда мой личный остров может разглядеть любой козлопас, – Марк был уверен в своих силах.