Шут и трубадур

— Это все ерунда!

Оливье пожал плечами, и они медленно пошли по заросшей тропинке к замку.

Пекло полуденное солнце, над пыльной дорогой вилась мошкара, кузнечики наперебой орали в высокой траве.

Кристиан по дороге домой успел убить шесть драконов, двадцать разбойников и победить на королевском рыцарском турнире — и лишь у самых ворот замка остановился, потянул брата за руку и спросил:

— Оливье, а как же мама?

14

— ...Поднимается ветер, — сказал Рэндери и рывком затянул подпругу коня.

Шут вздрогнул, огляделся — и увидел, что вокруг стало темно и торжественно, как в церкви.

Из-за стены, от полей барона Невилля, валила низкая густо-черная туча, ее крылья обнимали половину небосвода. Ветер налетал короткими душными порывами, в распахнутые ворота было видно, как на поля медленно наползает исполинская тень, приближаясь к замку Роберта Льва.

Даже спящие рыцари почувствовали приближение грозы: многие из них проснулись и теперь ошалело бродили по двору.

Бежать!

Шут сделал над собой огромное усилие и кое-как встал.

Нужно было бежать, пока Роберт Лев не увидел, что его шут все еще жив — лучше уж сдохнуть от голода в лесу, чем умереть той смертью, которую изобретет для своего слуги разгневанный Рыцарь Огня!

Бежать, пока не позд.

Рэндери опоясался мечом и с еще одним порывом ветра взлетел в седло.

Он по-прежнему был без шлема, грозовой ветер трепал его спутанные космы.

— Я не верю ни единому твоему слову, шут! — громыхнул он с высоты седла. — Но я хочу удостовериться, что ты солгал! И если дама скажет мне, что ты оклеветал своего господина — лучше бы тебе не родиться на свет!

— Что?.. — пролепетал шут, и, конечно, трубадур его не услышал.

— Прощайте, добрые рыцари! — проорал он, направляя коня в открытые ворота, навстречу неистовству грозы.

Рыцари завопили кто во что горазд: кто звал Рэндери остаться, кто желал ему счастливого пути...

Но гнусавый надрывный вой заглушил и крики, и далекие раскаты грома — это дозорный на сторожевой башне замка заиграл сигнал тревоги.

При первых же звуках трубы странствующий рыцарь рванул узду коня и галопом влетел обратно во двор.