Метаморф. Алчущий силы - 1

Ситуация, одним словом, хреновая.

- А разве бывает иначе? – уточнил Макс, чем вызвал невольные смешки у остальных. В его словах была правда. Уже их второй поход в качестве отмычек оборачивался жуткой опасностью.

Большинство авантюристов даже близко не попадали в такие переделки за всю свою жизнь.

Эти люди, словно какие-то смертники, находили сомнительное веселье смеяться над собственными невзгодами.

- Кстати, насчет чудес, - в беседу влез Амалрик, который весь разговор старательно к чему-то прислушивался.

Затихший было рев, до этого слышимый где-то вдалеке, стремительно приближался. Более того, даже гоблины стали нервно оборачиваться, пытаясь понять, что происходит.

Пока, наконец, не произошло то, чего они так долго ждали. Воинственные крики гоблинского арьергарда стремительно переросли в вопли ужаса, следом же прогремел чудовищный взрыв.

Мощнейшая ударная волна разбросала гоблинов, организовав самый настоящий проход в их рядах.

Следом пришли звуки столкновений клинков друг о друга.

Уцелевшие хобгоблины попробовали было заступить дорогу неожиданным вторженцам, но стоило Максу увидеть, против кого они выступили, как он невольно им посочувствовал.

Высокий огненный гребень, низкий рост, бугрящиеся мускулы и длинный тяжелый топор.

Их отряд мог лицезреть одного из самых безбашенных авантюристов Хейдена, Готрикуса Кровавого Гребня. Хотя полноценным авантюристом его было называть сложно, ведь иногда его дела очень близко приближали сумасшедшего гнома скорее к званию пирата, разбойника или убийцы, но никак не авантюриста.

Следом за своим воинственным командиром спешила его команда. Те психи, что решили выбрать Готрикуса своим лидером.

Не успевшие осознать, что вообще происходит, гоблины не успели организоваться, чтобы перекрыть дорогу тем, кто, наоборот, рвется в западню.

Лишь один гоблин, по уши увешанный различными бусами, ожерельями и талисманами, заорал что-то гневное и бросил об землю свой бубен.

Из упавшего инструмента, завывая, вылетел полупрозрачный сгусток, бросившийся прямиком к гному.

Шаманы всегда были неприятными противниками, развивая свою ни на что не похожую магию.

Гном, не останавливаясь, воткнул в голову одного из хобгоблинов топор, отчего последний прогрыз себе дорогу аж до живота мертвеца, после чего хлопком засветившихся ладоней изничтожил призрака. Мертвое тело еще не успело упасть на землю, как топор был высвобожден из мясных ножен.