Арма

Он чувствовал, как его легкие заполнила речная прохлада, а тело бодрствовало от несвойственной радости и теплоты. Это отнюдь не то, что он привык видеть из окна своей комнаты.

Мироэн снял кожаные ботинки и отбросил их в сторону. Босые пятки погрязли в мокрой земле, и он вздрогнул от холодного прикосновения реки. Принц был готов погрузиться в нее сполна, но ему помешала местная ребятня.

На тропе, ведущей к зарослям, объявились три оборванца, имевших при себе здоровые палицы, заделанные под деревянные мечи. Они громко и противно смеялись, перекрикивали друг друга и обменивались бранными словами.

Взрослые называли его задирой, а детвора – толстяком. Он был крупнотелым и слегка сгорбленным мальчуганом, на голову выше любого своего сверстника; его щеки всегда были набиты едой, а огромное пузо на постой торчало из-под грязно-коричневой рубахи. В целом он скрывал в себе полный набор комплексов, за гласное упоминание которых мог хорошенько врезать.

– Оп-па, смотрите-ка, какие сапожки. Дорогие небось… – произнес он.

Мироэн посмотрел в глаза мальчишки, и его пробрал страх, которого он не испытывал даже после встречи с волком.

– Красавица, твоя обувка? Ну, ничего. Если немного перешить, то станет моей, – обратился он к принцу. Пособники громко захохотали, чуть ли не захлебываясь собственной слюной.

Верзила подошел ближе. Мироэн, пугливо отступив назад, споткнулся об подводный камень и упал в воду.

Сельские дети засмеялись во все горло и ухватились за животы. Сполна промокшего юнца охватила паника и стыд. Он чувствовал себя слабым и беспомощным.

– Эй, овечье стадо, хорош гоготать. От ваших противных воплей все лягушки полопались.

Он объявился в самый подходящий момент. Глядя на знакомые лица, Герц не проявил ни единой эмоции. К местной своре «обидчиков» у парня была личная неприязнь.

– Чегой ты там вякнул, неудачник?

– Со слухом проблемы? – выкрикнул сероглазый.

– Эта узкоглазая девчонка – твоя новая подружка? – громила ткнул указательным пальцем на Мироэна.

Местная ребятня вновь залилась смехом.

– Пшли прочь! Дважды повторять не стану! – молвил Герц.

Любитель поесть не на шутку разгневался. Его дружки без лишних слов достали самодельные мечи и ждали приказа.

– Ой, только не бейте!

Они бездумно накинулись на него с обеих сторон и завопили с такой яростью, как будто защищали честь короля.