Ведьмак школы Кота

Зима близко-2

Большаки и заросшие тропы, брошенные заимки и самые обычные сёла, местечки, городки и города, овраги, перелески, чащобы и безграничное море степи…

Ведьмак работал везде, где требовалось. Он не любил глубокие пещеры и узкие переходы между ними, не жаловал погосты с жальниками, особенно старые, ненавидел заброшенные замки с их хитро вывернутыми тайными ходами и бездрнными подвалами. Но никогда не отказывался от любой из предложенных работ.

Его дело – сталь и серебро, Знаки и алхимия в бутыльках, вбитые знания о монстрах и собственный опыт, писанный по его же, ведьмака, шкуре шрамами.

Ведьмак менял лошадей, изношенную сбрую, вытертые ремни ножен, сами ножны, помершие бурдюки с саквами, плащи, штаны, куртки и сапоги. Всё приходило в негодность, все рвалось, прожигалось, протиралось и порой даже истлевало прямо на теле, особенно после городских стоков с канализациями.

Ведьмак был любим шорниками, кузнецами и оружейниками. Метательные ножи и арбалетные бельты заканчивались постоянно, а ему требовались не совсем обычные заточенные полосы стали и наконечники.

Любимый жилет несколько раз переделывался заново, получал свежую кожу снаружи, новую подкладку внутри и сталь везде, где было можно.

Хуже приходилось с необходимыми эликсирами и боевыми зельями. Коты разбрелись по всему континенту, редко встречаясь друг с другом и становясь всё малочисленнее. Коты разбрелись, их лаборатории сгинули вместе со Школой, а ведьмак без алхимического варева всего лишь чуть лучше обычных хороших бойцов.

Пусть «всего лишь» хватало надолго, но предел имеется у всего, особенно у человеческого тела. Иво Корну ещё везло, ведь он родился полукровкой.

Ведьмак хрустел крепкобоким осенним яблоком и смотрел вперед, надеясь именно в Туссенте решить несколько возникших проблем и пополнить запасы. Он не обманывался, прекрасно понимая – здесь задержаться не выйдет. Выйдет зазимовать, в кои-то веки, наверное, зимуя спокойно. Да, придется подработать, но это как раз меньшее из зол, ведь оно привычно.

Тем более, если выйдет пополнить припасы в почти полностью опустевших вьючках, притороченных за седлом.

Кое-что у ведьмаков, даже у сумасшедших Котов, всегда имелось в достатке. Неизменность самой их жизни, с блеском меча в темноте, с блеском разлетающейся крови и с куда менее радостно блестевшими монетами за очередное убийство какой-нито паскуды, жрущей людей. Последнее, и впрямь, блестело не так быстро, как остальное.