Ведьмак школы Кота

Ведьмак, приземлившись удачно, вскинул арбалет, понимая – возможность одна, чересчур уж живчиком оказался огромный урод.

Бельт, отправившись в путь, попал в цель, воткнулся в голову по самые летки. И…

Громада, хрипло рявкнув, раскрутила молот, развернулась и ударила. И сразу добавила ещё, почти без замаха, целя по улетающему в сторону ведьмаку. Прямоугольная головка разминулась, а вот рукоять, не иначе как из целого ствола, смогла зацепить, швырнув в стену.

Ведьмак, сбивший дыхание, извернулся кошкой, выхватывая оба меча и сумев изобразить сальто.

Оставалось пытаться подрубить рычащей сволоте колени, добраться до ног, попытаться танцевать вокруг. Удар пришелся по касательной, неплохо отбив потроха, но вроде не сломав ребер с соседними костями. Он мог драться и готовился подороже продать жизнь.

Колонна, выдержавшая вроде бы удар, огрызок, оставшийся от нее, упал неожиданно и сразу. Упал прямо на великана, навалился всем весом, ощутимо хрустнув костями, сломав чудовище пополам, втрое, почти раздавив.

Ведьмак, отступив от расползающейся поблескивающей лужи, убрал стальной меч, поворачиваясь к арке. В затылок, холодно коснувшись ледяным прикосновением, кольнуло.

- А ты смельчак, человек.

Ратгер, застонав, открыл глаза. Глаз, правый, левого не оказалось, вместо него оказались лишь темнота и боль.

- Пришел в себя? – откуда-то сверху поинтересовался Форрель. – Даже не знаю, дружище, хорошо это или наоборот.

Ратгер, с трудом подняв голову, уставился на него, наконец поняв – где он и как.

За спиной оказалась спина галереи, поддерживающая его от падения. Левая рука, видно, сломана и держалась на так себе повязке через плечо. Рукав, ладонь и кусок кафтана на груди почему-то прожженные, через прорези виднеется даже не рубаха, а кожа с мясом.

- Помочь встать? – как-то чересчур весело спросил купец. – Давай руку, друг, помогу.

Ратгер, покачиваясь, поднялся. Заприметил у купца флягу и потянулся к ней.

- Пей, только тут вино.

А, ясно, чего тот такой странный. Привкус вина показался странным, но Ратгеру было наплевать. Язык вдруг онемел, но зато чуть позже боль немного отступила. Не ушла, а как спряталась.