Ведьмак школы Кота

Ведьмак сам не чурался книг, хотя в библиотеках оказывался не часто, но темные с серебром своды имперских законов, занимавших целую полку, не спутал бы с широченными золочеными гномьими книгами, что оказывались в людских коллекциях редко.

Но ведьмака куда больше заинтересовало другое.

Портрет. Женский портрет, небольшой и не сразу бросающийся в глаза. Настоящий портрет, не парсуна, в лучшем случае похожая на оригинал одеждой, не рисунок свинцовым карандашом или углем, а спокойно и не торопясь писаный маслом портрет во все больше популярном северном стиле, идущем из Повира с Ковиссом.

Женщина была как живая, красивая, смотрящая смеющимися глазами прямо в глаза ведьмака. На небе не облачка, луна уже выкатилась, и в её свете ведьмак как будто рассматривал призрака. Он понял, кто это, понял и порадовался догадке.

Йаррех йа-ал Малкос, человек с Востока, не очень строго придерживался заветов и веры отцов. Иво плохо разбирался в тамошних хитросплетениях, но одно знал точно – людей там не изображали.

Животных, птиц, пейзажи, обильный стол, отягощенный плодами земли и дарами лесов, да. Но не людей.

Портрет первой жены купца, матери тех самых мальчишки с девчушкой, он не прятал от чужих глаз, так… чуть скрывал на полке книжного шкафа. И нарушал уложения своей веры, стал быть. И раз так, да учитывая несколько книг гномов, а где гномы, там и краснолюды, на это непонятное нарушение стоило обратить внимание чиновнику Эрвиллу. Но тот не обратил.

Как и подумалось – портрет не просто стоял, а крепился на чем-то, почти вросший в стену.

Внешность порой обманчива и это верно не только для людей. Ведьмак потянул портрет на себя, вслушиваясь. Щелкнуло в ближнем углу, приходящемся напротив входа в зал. Щелкнуло, но ничего не случилось.

Ведьмак кивнул, подошел туда и долго ощупывал стену, найдя нужный и едва заметный выступ. Отыскав – принюхался, прислушался и, не чувствуя ничего опасного, решил отыскать хотя бы какой-то инструмент. Ему повезло, среди диковин в самом зале отыскались две паноплии, составленные из мечей с боевыми топорами и булавами.

Топор, явно восточный, целиком металлический и с длинным вытянутым языком-жалом подошел сразу.

Ведьмак не опасался скрежета, механизм потайной двери, прятавшей убежище, делали носатые родственники краснолюдов, как уж так вышло, что его заело…

Дети были здесь, оба. И не сказать, что смерть к ним пришла легкая, ведь умереть из-за закончившегося воздуха не менее страшно, чем от клыков с когтями.