Почта Приграничья

- Если мы правы, и это действительно водяной творит, у него должны быть веские основания так поступать, - принялся рассуждать чернобородый. - Может, кто-то из деревенских удобрения в какую-нибудь речку свалил. Или на болоте намусорил. Хотя, пожалуй, это мелковато будет. Чтобы законопослушная Навь начала себя так вести, посерьезней повод нужен.

- Вот вы гадаете про повод для нечисти, - Олег дослушал Твердяту и заговорил сам. – А кто-нибудь из вас обратил внимание, что было на седлах у наших дружинников?

Настя растерялась от неожиданного поворота, а вот Твердята, наоборот, обрадовался и хлопнул себя по ноге.

- Точно! - звон от удара еще плыл по округе. – Там же сети висели – ячейка крупная, металл не блестит, явно зачарован и неслабо!

- Это же сетка на сомов, что служат водяному, - теперь и Настя поняла, что к чему. – Получается, дружинники хотели начать на них охоту, чтобы заставить хозяина болот укоротить своих подданных. И ведь у них бы получилось: сомы, хоть и служат водяному, но сами навьими тварями не являются, Договор их не защищает.

- Именно, - кивнул Олег. – Так что, какой бы ни была причина этих чудачеств, наши княжьи друзья о ней знали и понимали, что водяной просто так не отступит.

- И тебе стало интересно, что они еще тут натворили? – теперь Настя окончательно поняла, что так привлекло почтаря в этом деле.

- Да. А то уж слишком часто местная сотня начала решать свои проблемы с помощью силы – и раз уж мы тут выступили против них, то вот еще одна причина во всем этом разобраться.

Настя не удержалась от легкого хмыканья. Олег был в своем репертуаре – никаких поспешных действий, никакого похода к водяному с утра пораньше с шашками наголо, как, наверно, поступила бы сама девочка.

- До завтра, Олег, - Твердята тоже улыбнулся, а потом хлопнул ладонью по протянутой почтарем руке и отправился в сторону «Приюта Добрыни», напоследок буркнув пару слов и для Насти. - Спокойных снов, боярыня!

Скучающий за стойкой мужичонка, увидев почтаря и ведунью, входящих в гостиницу, моментально подобрался и уточнил, что им угодно будет подать.