Ловчие

На деревянных балках, крест-накрест поддерживающих потолок, покачивались от тёплых потоков воздуха пучки трав и луковые связки. Травы, конечно, были пыльные и пересохшие, давно уже не пахнущие ничем, но как антураж годились. Бран отметил это — он всегда ценил бытовой уют.

Не медля, направился к стойке, за которой трактирщик тёр посуду серым полотенцем.

— Многоуважаемый, мир тебе, — поздоровался Бран, вскидывая открытую ладонь в ритуальном жесте. — Есть ли у вас три комнаты на ночь? Мы с друзьями у вас проездом, а отдохнуть и покушать вкусно больно уж хочется.

Трактирщик не был суетлив. Медленно смерил взглядом Брана и его сопровождающих. Свёл брови к переносице, словно крепко задумался. Джек вздохнул и положил на стойку малый кошель.

— Добро пожаловать, гости дорогие! — тут же запел соловьём трактирщик. — Три комнаты? Организуем на высшем уровне! Воду горячую в бочке желаете? Что будете есть? У нас сегодня особенная программа, скоро будет народ подтягиваться на ежевечерние посиделки.

— Обязательно, — дружелюбно оскалился Бран, честно надеясь, что бард не будет мешать спать. Иначе он за себя не отвечал. — Подай нам красного вина. Лучше молодого, чтоб кислило, игристого. Три ломтя мяса, и чтобы не прожарены были, с кровью. Лепёшек хлебных. А остальное пусть каждый за себя сам заказывает. Где у вас сесть можно, чтобы не сильно глаза мозолить?

Трактирщик удивлённо поднял брови и обвёл рукой — мол, садись, куда душа пожелает.

— Обычно народ к сумеркам уже собирается, редко раньше. А сегодня не знаю, что такое.

— Хорошо, — кивнул Бран, наблюдая в приоткрытую на кухню дверь за тем, как уже начал выполняться его заказ. Повар большим тесаком рубил на ломти кусок сырого мяса. Бран сглотнул набежавшую слюну и отвёл глаза.

Гай следом заказала тушёные овощи. Ворон — жареную рыбу. Ему, урождённому островитянину, без рыбы в походах тяжело было. Догнавший Лех сходу попросил о яблочном пироге.

«Совсем мальчишка ещё», — усмехнулся Бран про себя, когда они выбрали самый дальний, наполовину скрытый деревянной опорой угол.

Скоро подошла девушка-разносчица, Бран отметил её ещё на кухне. Ладная, большегрудая и с не по-рабочему тонкими белыми запястьями. Толстая русая коса, перевитая синей верёвочкой, была уложена на северный манер вкруг головы. Девушка ловко донесла два гружёных тарелками и плошками с соусами подноса, бойко сгрузила всё на стол.