Божественная бездна. Книга 2

Недоумевающие гримлоки, хрипя, попрятались между колонн, готовые напасть с разных сторон, стоит мне подставиться. И я с готовностью вышел вперед, приказав либлинам держаться полукругом.

Ждать пришлось недолго. Первые же монстры бросились вперед, стоило мне отойти достаточно далеко от выхода в подземелье. Их даже не смутило то, что я специально держался на открытом пространстве вдалеке от колонн. Сразу десяток дубин из кости взметнулось в воздух, чтобы обрушиться на мою многострадальную голову, но у меня для них был припасен пламенный привет.

Стоило врагам оказаться рядом, я немедля выпустил наружу сияющую Весту, обрушившую целую волну огня на противников. Жар выжег все запахи, а громкий треск костей и стук каменных ног либлинов дезориентировал их, заставив зажать уши. Лишь несколько тварей сумели остаться на ногах, которые я немедля обрубил костяным клинком.

— Всех поверженных на алтарь! — приказал я, обезоруживая противников, до последнего старающихся вгрызться в мою каменную обжигающую броню.

Дикие, жуткие и непонятные гримлоки вновь набросились со всех сторон, стараясь уничтожить угрозу, стоящую прямо посреди их жилища.

Выдать вторую огненную волну Веста оказалась не в состоянии, но либлины огня с шипением носились по воздуху, поджигая кучи дерьма, оставленные десятками гримлоков. Крохотные огненные шары элементалей оставляли на тупых озлобленных мордах глубокие ожоги, но не могли убить. Даже когда все трое взялись за одного врага, закружив огненный хоровод, он больше минуты махал костяной дубиной в попытке отогнать моих миньонов, пока в конец не прожарился.

Каменные либлины оказались куда эффективнее. Выдерживая прямой удар гримлока, они отвлекали на себя внимание, принимали атаки и сами, бросаясь под ноги врагам, ломали коленные чашечки и суставы, набрасывались на отдельных противников, валя их на землю. А затем тащили упирающихся монстров в пещеру, где тех ждала незавидная участь.

Но чемпионами сегодняшней схватки стали костяные.

Они будто знали, куда именно нужно бить, чтобы нанести как можно больше урона. Воспользовавшись беспомощностью противника, они своими длинными загнутыми костяными клинками разрывали мягкие ткани, вызывая обильное кровотечение, и даже умудрялись сами убить противника.

Я же бросался туда, где помощь требовалась в первую очередь, привлекая больше всего внимания и нанося столько же урона, сколько все либлины вместе взятые.