Божественная бездна. Книга 2

Закованные в цепи бойцы начали подниматься, и он вскинул руку, собираясь в очередной раз обрушить волну боли. Вскинул и уже не смог опустить. Я накопил достаточно сил, чтобы молниеносным броском перехватить его руку, выламывая ее из сустава. Король взревел от боли, пошатнувшись, и не успел активировать заклятье. В то же мгновение десятки поднявшихся бойцов начали швырять в стоящих у пропасти надсмотрщиков камни.

Дварф оттолкнул меня щитом, но повисшая плетью рука не удержала молот. Его пальцы не сжимались, он оказался не в состоянии активировать кольца и лишь отмахивался щитом от моих атак.

Я поступил просто, поймал железный лист и повис на нем всем телом, вмиг заставив обезоруженного противника упасть на одно колено.

Упершись ногой, я отодвинул кромку щита и обрушил мощный удар окаменевшего кулака на шлем бывшего главы поселения. В отличие от надсмотрщиков, он носил настоящий тяжелый доспех, разбившиеся камни брызнули осколками во все стороны, но и на шлеме осталась приличных размеров вмятина.

Враг усмехнулся, но я, не обращая внимания на боль в сломанных костяшках, ударил еще раз. Шлем загудел, вогнулся сильнее, сжав череп противника, и тогда я сменил направление, вмазав ему по челюсти. Кожаные ремни не выдержали, с треском порвавшись, и шлем отлетел в сторону.

Схватив дварфа за бороду, я выдернул его голову из кольчужного капюшона и, повернув к укреплениям наверху, сжал ее с обеих сторон ладонями.

— Снимай защиту, — приказал я, стискивая пальцы.

— Нет, — прохрипел бывший градоначальник и взвыл от боли, когда я надавил сильнее.

— Снимай или сдохнешь!

— Ты не посмеешь. Я король. — Договорить я ему не дал, сломав нос. Он зарыдал, но не сдался, и тогда, вздернув бороду вверх, я поднес к шее его же кинжал. — Нет. Я глава артели.

— Уже нет, — смяв бороду, я рывком обрезал ее, а затем помотал перед его глазами. — Ты больше даже не дварф, ты безбородый хоббит.

— Нет. Нет! — взревел он, пытаясь встать, но пинок под колено вернул все на свои места.

— Снимай барьер. Иначе ты сдохнешь в этой каменоломне. Без чести, без достоинства и без бороды. Став хоббитом, нижним из низушков.

— Я не могу. Ты мне руку сломал, — зарыдал бывший глава артели, глядя на собственную бороду, лежащую на камнях. Его подчиненные тоже смотрели вниз, но совсем не на бывшего предводителя, и, обернувшись, я успел отдернуться от метящей в меня стрелы. Она оказалась уже на излете, так что это не составило особого труда.