Рыжий. Том 1. Грядет буря

Он подъехал вплотную к «берзану», от которого не отрывал взгляд всё это время и рванул с него накидку. Наемники снова загудели. А Фарел поднял над головой застежку:

— Вот доказательство! Я своими руками снял её с выходца Шустрого Жорга в могильнике Олорана. Жорг был в самом деле шустрый, вот — он засучил рукав: — отметки его когтей. Кто сомневается, подойдите, поглядите ближе! Таких вещей в мире крайне мало, ни одной одинаковой нет. Эту застежку я подарил жене. Ну-ка, скажи всем, тварь, где ты её взял?!

Фарел рванул младшего командира за ворот, приподнял в седле.

У того забегали глаза:

— Да мало ли где… Купил по случаю…

— Врешь, нелюдь! — цистолец отбросил «берзана» обратно в седло. Тот невольно вскрикнул.

Тарви пришпорил скакуна, чтобы помешать командиру прямо перед строем учинить расправу. Но Фарел, не глядя, сунул ему в руки застежку:

— Вот, смотри сам! И другим покажи. Чтобы не говорили, что командир Фарел буйный сумасшедший.

Северянин рассеянно повертел застежку, пригляделся ближе и присвистнул.

Вернувшись к гильдейцам, он передал вещицу дальше по рядам.

Это была невероятно тонкой работы заколка из неведомого темного металла, не бронза, не сталь, не железо, странный сплав, в котором словно крошечные звезды переливались. Действительно, таких вещиц в мире было исчезающе мало, молва приписывала их происхождение давно потерянному городу в горах, населенному дивными мастерами и великими магами. И стоила такая безделушка гораздо больше, чем мог наемник скопить за свою жизнь.

Да и кому из наемников, в конце концов, в голову придет, отдавать целое состояние за всего лишь украшение, когда можно купить свой дом, да с прислугой, а если повезет, то и титул — и зажить скучной, но такой желанной жизнью оседлого землевладельца…

— Что, ничего не выдумывается? — снова рыкнул Фарел. Его буквально сжигал изнутри огонь. На этот раз огонь ненависти.

Он повернулся к своим бойцам:

— Я никого не держу. Кто решил уйти, может сделать это сейчас.

Я пять оборотов ждал этого дня. Каждый, кто попробует мне помешать, станет моим личным врагом. Выбирайте и решайтесь.

— Угомонись, командир. — пробасил Тарви, кладя руку ему на плечо. — Нам всем неприятно то, что ты задумал. Но, думаю — и парни меня поддержат — ты здесь прав. Хоть мне это не по нутру, но я с тобой. А, парни? — он обернулся к остальным гильдейцам.

Не хором, не враз, но его поддержали. Из отряда не ушел никто.