Последний из рода Саламандр

Непонятного вида серая местами рвана одежда, а на спине пыльный дорожный плащ. С деревянным сухим посохом в правой руке, длинной выше его роста, а ростом он был достаточно высок, под два метра точно! И вот он его пригласил к нам в карету. Я поспешил приоткрыть окном. От него разит , как от конюха наверно!

— Подожди, Сэм, дай хоть себя в порядок приведу, не гоже в таком виде в карету садиться, – голос его никак не соответствовал виду старика. Услышь такого позади себя и не скажешь, что седой старик.

Новый попутчик ударил посохом о землю и за пару мгновений преобразился в лучшую сторону. Лохмотья сменились богатым одеянием цвета морской волны, посох наполнился жизнью, чуть укоротился и на нём распустились пара белых цветов. Борода укоротилась до удобной в ладонь длины и сияла сединой в лучах солнца, причёска также приняла ухоженный вид, а дорожный плащ он просто выкинул. Только после этого запрыгнул в салон кареты так же прытко, как и я.

— Познакомься, Салем! – подошёл к нам дядя Сэм и тихо произнёс, чтобы не разбудить крепко уснувшую Лилит, в его глазах промелькнул блеск, он перевёл взгляд с меня на девушку и обратно и продолжил – Перед тобой Гренар Мокер, Свободный Маг!

Я кивнул в знак приветствия, но Лилит всё равно проснулась, огляделась, заметив рядом с собой дядю и незнакомого человека, села ровно и даже немного отодвинулась, покосившись на меня.

— Рад с вами познакомиться, господин Мокер, – всё же произнёс я, и мы наконец тронулись с места. А дядя Сэм вернулся на своё. – Я как раз хотел встретиться с вами!

— Как же ты вымахал, Салем! – произнёс он смягчившимся голосом, а лицо отображало великую скорбь. – Весь в отца, а вот глаза от матери достались!

— Вот про это я как раз и хотел расспросить! - сказал и пересел поближе к нему, а Лилит отодвинулась ближе к окну, сморщив носик, быстро подняла стекло.

— Не стоит произносить эту фамилию в слух, пока ты не сможешь за себя постоять! - грубо прервал он. – Сильнейшие из сильнейших объединись в анклав только лишь для того, чтобы эта фамилия ни разу не произносилась в стихийном мире.

— Что они такого сделали-то? - выдержал я.

— Тут не подходящее место для подобного разговора! – ответил он.