Под знаком льва

  Куда мне сейчас идти, с чего начать поиски, как в сказке, пойди туда не знаю куда, принеси то не знаю что, и спросить то не у кого, я даже ни знаю и что спрашивать то. Из размышлений меня выдернул толчок стола, такой силы что мой квас из кружки оказался на столе растекающейся лужей, сама кружка была опрокинута на пол. Наемники буянили и толкались, выясняя кто кому должен за проигрыш.

 - Данус, приведи сюда ту девку, пусть забирает ее себе, а ты сволочь явно смухлевал я тебе этого не прощу, - тот что по моложе, не хотя поднялся и протопал на выход, через пять минут он уже появился в проеме и тащил за собой молодую девушку, руки которой были связаны за спиной, во рту был кляп из тряпок, а на шее петлей закинута веревка за которую он и тащил бедняжку.

- Держи, она теперь твоя, - пробасил молодой наемник,

- Хороша, - схватив за волосы девушку и приподняв ее проговорил шрамолицый, бедная малышка взвыла от боли.

- Молчать, - хлесткий удар по щеке и у нее сразу брызнули слезы, умоляющий взгляд по комнате в поиске защиты, не нашел отклика, все кто сейчас находился в помещении отводили взоры или тупо смотрели в свои миски, ни кто не хотел связываться с ними.

Мужик начал грубо мять грудь бедняжки:

- хороша, кровь с молоком, - снова оскалился он, девушка попыталась вырваться, и снова получила удар по лицу открытой ладошкой.

- Еще раз ее тронешь, пожалеешь, потный шакал, - не удержался , я,

- Это кто там сявку раззявил, -начали вставать со своих мест его дружки, сам шрамолицый оттолкнул девчонку в сторону, она забилась в угол и вытаращив глаза стала наблюдать на происходящее с надеждой.

Вся компашка подвыпивших наемников медленно приближалась ко мне расталкивая лавки и раздвигая столы, взяв меня в полукольцо, тот что со шрамом заговорил:

- Ты кто прохожий, что лезешь не к месту , - один из мужиков легким движением достав из голенища длинный ножик, откинул им мой капюшон, и вся их братия заулыбалась,

- Ты смотри еще одна баба, вот же пруха, погуляем сегодня братва, - говорил тот же шрамолицый вертя головой и смотря на загоревшиеся глаза своих соратников,

- Я тебе не баба, и.