Прародитель Магии (РЕМЕЙК)

В итоге пришла его верная служанка, которая сопровождала принца везде и всюду. Эта была юная девушкой с фиолетовыми волосами в косичках и с глазами холодными как алмазы. Она взяла принца на плечи, не боясь запачкать своё и так уже пыльное платье, вздохнула и понесла в сопровождении бугаев стражников в тюрьму, не обращая внимание на хихиканье за спиной.

В темнице девушка уложила принца на сено, а сама уселась в углу, опираясь на грубом камне, и закрыла глаза.

Её маленькая голова прильнула к холодной стене.

Шло время, в единственном окне показалась испещрённая решёткой луна.

Лучи серебра озарили нежное лицо Артура. Принц пошевелился, покачал головой и открыл глаза. Если бы рядом был кто-то с ним знакомый, он бы очень удивился: глаза юноши утратили свою синеватую морскую глубину.

Теперь они были матово-чёрными, как две темнейшие бездны.

1. С двумя Н.

2. Мир без Магии (Ре)

ГЛАВА 2. Мир без Магии

Эрхан очнулся, но сперва он увидел не луну.

Нет.

Сперва перед ним промчались воспоминания: целая жизнь мальчишки по имени Артур, от начала и до конца.

Эрхан наблюдал за ней одновременно из первых глаз, чувствуя всё, что и он чувствовал, и зная всё, что и он знал, и с высоты собственного опыта, с высоты сорока лет своей утомительной жизни.

Поэтому маг смог дать очень точную оценку младшему принцу королевства Эргор.

Он был идиотом.

В чём заключалась его средней тяжести умственная неполноценность?

Если отец Артура был вполне образцовым тираном, то его младший сын, Артур – образцовым отпрыском тирана; он унаследовал жестокость и влияние, но не был обременён правом на трон, а значит и никакой ответственностью, которая могла бы воспитать из него порядочного человека.

Поэтому собственная власть его развращала. Артур беспощадно расправлялся со всеми, кто смел перейти ему дорогу. Как-то раз он приказал раздавить престарелую супружескую пару – всё потому что старик и старушка не успели вовремя убраться с дороги, когда по ней проезжала его карета.

Артур был похотлив.

Он был извращён, как извращён всякий, пресыщенный обычными удовольствиями. Юноша был садистом. Любую женщину, которой не везло ему приглянуться, он обязательно забирал себе, а насытившись ею, или, когда она «ломалась», приказывал расправиться с бедняжкой. Живыми от него не уходили. Артур разумно, - в меру своей разумности, - полагал, что, если он удостоил женщину вниманием, значит эта женщина была теперь его. Делиться своими женщинами Артур не хотел.