Псинка

Наверняка Шанти обещал ему жизнь.

- Теникуай привел нас на смерть, - уверенно говорит Шанти. – Мы ждали приказа возвращаться в Нестерак, и мы ждали достаточно. Но ведь приказа не будет, Хуперта. Раз ты этого не поняла, послушай тех, кто умней. Он предал нас. Все знают: этот Марволит и Теникуай когда-то якшались друг с другом.

- Неправда! – В душе вскипает гнев. – Ив никогда не стал бы водиться с дичью! Это не в его правилах!

- Это вопрос выживания, здесь нет никаких правил. Он только ждет, пока мы все передохнем от холода и болезней, чтобы сбежать без свидетелей.

- Это ложь!

- Ты защищаешь его? - Взгляд Шанти становится подозрительным. – Может, ты одобряешь предательство? Хочешь переметнуться вслед за Теникуаем? Быть может, вы давно уже заодно?

Я смотрю в его безжалостные, тупые глаза. Нет, компромисса мы здесь не найдем.

- Уходите, - говорю я. – Забирайте все, что вам нужно, и уходите. Оставьте воды на два дня, чтоб добраться до горных источников. Кремень, чтобы добыть огонь, и два одеяла.

- Иначе что, Псина? – Шанти высовывает язык и с победным видом облизывает губы, потрескавшиеся от холода.

– Будешь кусаться, а?

- Буду, не сомневайся.

Успею ли я выхватить нужный дротик из подсумка? Без паралияда нечего и надеяться справиться с Шанти один на один.

Его терпение кончается прежде, чем я решаюсь пошевелиться. Кулак, сам размером чуть меньше моего лица, впечатывается в губы. Удар валит с ног не хуже излюбленного пойла Шанти – ядрёного портвейна, замешанного на печаль-траве.

Я – червяк.

Тело обращается в воду, растекается по мерзлой степной земле. Конечности конвульсивно взбрыкивают, тщетно шарят вокруг в поисках опоры. А Шанти уже нависает надо мной, тянет из-за пояса кривой кинжал.

- И на ужин у них была собачатина, - мрачно скалится он.

Я смотрю на братьев по ордену – в отчаянии приходится цепляться за любую надежду. Кажется, они сомневаются, устраивать ли здесь кровавое шоу. Но возражать Шанти не посмеют.

- Патрон!.. – взываю я, хватаясь за длинные полы палатки.

Что бы ещё такого крикнуть? «Беги, спасайся». Или помощи просить? Разум лихорадочно бьётся в ошалелой от удара черепной коробке.

Шанти задорно хохочет.

- Патрон! Патрон! – Его голос звучит издевательски. – Он тебя догонит. Только сильно не спеши.

Острие клинка, холодное, блестящее, ловит блик равнодушного солнца. Шанти рывком сбрасывает капюшон с моей головы и хватает за волосы.

- Смотри на меня.

Я кошусь вбок. Шанти медленно подносит кинжал к моему виску.