Наёмник. Начало.

И охотники пропали, и бабы, что-то странное творится в этих землях, хотя, граница, но караваны же через те земли ходят и ничего, надо будет обдумать это на досуге, да нашим сказать, может, кто что знает...

- Ваш ужин, уважаемый, вашего коня уже кормят - сказал трактирщик, поставив передо мной литровую, деревянную  кружку пива и большую миску с похлебкой, в которой явно виднелись куски говядины, а так же морковь и чеснок, положив рядом краюшку хлеба трактирщик добавил - приятного аппетита! 

 Развернулся и ушел за разливную стойку, я же приступил к сеансу чревоугодия и с большим удовольствием стал есть похлебку, запивая ее весьма не плохим пивом и думая о планах на будущее.

 Вот так незаметно пролетел вечер, зал опустел, люди разошлись кто куда, кто домой, кто в общую комнату, куда направился и я. Поднявшись по деревянной лестнице на второй этаж трактира я увидел три дверных проема и только две двери, в третьем дверном проеме была лишь тканевая занавесь - это собственно и была "дверь" в общую комнату ночлежки, у которой стоял один из охранников, человек, лет тридцати-тридцати пяти, одетый в грубую кожаную броню, поверх обыкновенной конопляной рубахи, в одной руке он держал круглый щит из плотно подбитых друг к другу досок, диаметром с предплечье взрослого человека, во второй руке была булава, на коротком древке, а на поясе висел кинжал с тонким лезвием - хорошо одет боец, как раз для боя в небольшом, замкнутом пространстве, войдя внутрь комнаты я обнаружил второго охранника, выглядящего ровно так же как и первый, только этот был с бородой, да постарше.

 - Где тут не занятая лежанка - обратился я к нему, на что охранник, смерив меня взглядом указал на лежанку в углу, собственно, единственная, что не занята. На остальных уже спали люди. Аккуратно, чтобы никого не разбудить, я прошмыгнул к своей лежанке снял с пояса меч да с бедра лук с колчаном поставил их к стене у края лежанки после чего снял походный мешок с запасной одеждой и спальным мешком отправил их туда же, после чего наконец снял с плеча малую сумку, которую в народе звали охотничьей, в которой хранил кошель, да нож, для разделки туш и крючья разные, для того, чтобы шкуры с добытых животных снимать проще было, положил ее себе аккурат под голову той стороной, с которой слой кожи толще был, накинув капюшон и укутавшись в плащ я впервые за долгое время уснул крепким сном, зная, что этой ночью хвататься за клинок не придется.