Легенда о Лазаре 5. Белый генерал

Когда же ящерка подбежала к двери в темницу, Лаз окончательно уверился в своей полной свободе часов на десять минимум. Энергия в помещении отсутствовала, её откачивали специальной магией. Но природа не терпит пустоты, и если просто оставить между темницей и остальным жилищем Чибака проход, то пространство быстро заполнится энергией из внешней среды.

А потому дверь, которую ни Лаз, ни Айна никогда не видели, была двойной, с большим тамбуром, и скорее всего работала по принципу шлюза. Лишний раз открывать её никто бы даже не подумал.

Пробежав в другой конец коридора, Лаз обнаружил подъёмную площадку, на которой, очевидно, перемещали сюда и отсюда огромную тушу Ужаса. Однако, даже поднявшись вдоль направляющей лифта до самого верха, Лаз всё равно ничего не нашёл.

Конечно, огромные ворота, в которые в полный рост мог пройти даже какой-нибудь динозавр, было сложно назвать “ничем”.

Оно и понятно. Подъёмник, как и дверь, был устроен словно шлюз. И пока платформа не поднимется до самого верха, закупорив темницу в энергетическом вакууме, ворота не откроются.

Третье и последнее место, через которое в теории можно было выбраться – дыра в потолке, через которую Ужасу скидывали туши, также оказалось наглухо закрыто перегородкой.

Однако, в отношении этого выхода Лаз был настроен куда более оптимистично.

Кормёжка монстра происходила строго по расписанию, три раза в день с равными перерывами. Который был час, сказать было невозможно. Даже сверхчувствительные органы ящерки не могли уловить сквозь зачарованный камень каких-то сигналов с поверхности.

Но чувство времени у Лаза было отличным. И следующая коровья туша обещала упасть где-то часа через три.

Это был рискованный план, ведь, если вернуться нужно будет также скрытно, то придётся ждать следующей кормёжки, а это в общем счёте больше одиннадцати часов с того момента, как забрали Айну.

Однако, Лаз также понимал, что тянуть нельзя. И не потому, что возможность была крайне удачная. А потому, что Чибак, поняв принцип работы магии трансформации, со временем начнёт проводить над Ужасом всё более и более долгие и сложные опыты. Да и к экспериментам над Айной, наверняка, вернётся.

Лаз не боялся боли, и от Айны старик не требовал ничего особенного.