Торлор

Правая часть, из-за злости на повалившего его незнакомца, была напротив искажена, отчего создавался жуткий контраст двух различных личностей живущих в одном человеке.

- Так чей будешь? Бродяга - последнее слово прозвучало настолько унизительно, что Джек перестал вырываться и удивленно уставился на Веселого.

- Тебе какая разница? Я извинился, этого достаточно. Отпустите меня - наконец Джек извернулся и сделал подсечку правому нападавшему, отчего тот, чтобы не упасть мешком повис на нем.

- Да что это такое? - резким движением плеча он стряхнул повисшего на нем охранника и ударил, освободившейся рукой, в горло другого нападавшего.

От удара тот схватился руками за поврежденную гортань и повалился на колени. Джек быстро зашел ему за спину, используя неудачливого нападающего, словно живой щит. Первый охранник обернулся назад, в голосе его слышалась злость.

- Веселый? - он как дисциплинированный и дрессированный пес спрашивал разрешения у хозяина. Тот отрицательно мотнул головой и дунул в маленькую свистульку, извлекая резкую протяжную трель.

Шестеро воинов, в начищенных панцирях, появились внезапно даже для самого свистящего.

- Что случилось господин?

Самый старший, из прибывших воинов, подобострастно согнулся в поклоне, в то время как его товарищи окружали Джека.

- Вот нарушитель порядка, он нанес мне личное оскорбление четвертого ранга, позже я зайду к начальнику стражи и составлю заявление в установленном порядке. А сейчас я спешу. По-моему, это безродный, так что я жду сотрудничества в этом деле.

- Конечно, конечно - главный из прибывших снова согнулся в поклоне - я лично прослежу за этим важным делом, не стоит беспокоиться и утруждать себя заявлением тоже не нужно. Не стоит беспокоиться, не стоит беспокоиться.. - лепетал он пока Веселый, в сопровождении своей кипящей злобой охраны, не свернул за ближайший угол.

- Так - тон главного резко изменился в свирепую сторону - этого связать и к Шимару. Как я ненавижу этих Гариинов.

- Чего встали? Вязать этого полоумного, из-за него мне уже третий раз, пришлось унижаться.

И как только он раздобыл зовущую флейту. Теперь все свои грязные дела скидывают на стражу, тоже мне законопослушный гражданин.

- Осторожней Фарук, лишнего болтаешь - воин, из охраны повернувшись к говорившему, предостерегающе поднял руку.

- Чего мне бояться? Здесь только мы, да этот несчастный, он уж точно никому не расскажет, ты же Маар знаешь, что этот младший завтра заявиться составлять заявление.