Прокачаться до сотки

Уходи, тебе нет больше места среди нас.

— А если не уйду, — усмехается Вовка-Балагур. — Что ты сделаешь? Нет, оно конечно, у тебя восьмой уровень и вполне возможно, что ты меня сможешь убить. Но ведь я вернусь. Прокачаюсь, вернусь и обнулю тебя, а на точке перерождения тебя встретят «Посредники», как вы их называете. Не забывай, что твои хозяева тебя не признают под новым именем.

— Они мне не хозяева, — взвизгнул, местный глава, если я правильно въехал в ситуацию. — Мы здесь все свободные люди.

— Точно, — щёлкнув пальцами, Балагур ткнул указательным в сторону оппонента, — свободны, как коровы в стойле.

— Они сами виноваты, — шипит предводитель, а остальные прячут глаза, не решаясь ничего сказать, — не надо было покидать пределы города.

— Да что же вы за твари безропотные, — качает головой Балагур, — вас режут, а вы молчите. Вы посмотрите на холёную рожу Утёса и его прихлебателей, а потом на свои мозолистые руки.

— Я их защищаю, — визжит мэр Утёс, размахивая руками. Всё высокомерие куда-то слетело. — Убирайся, — Балагуру указывают на выход, — и дружков своих забери. Нет им места среди нас.

— А если мы не уйдём, — зло скалится Вовка.

— Тогда мы вас схватим, и передадим Посредникам, — зло ухмыляясь, местный глава, нехорошо щурится.

— Ага, давай, — Балагур оборачивается к приближающимся к нам вооружённым копьями ребяткам.

Учитывая, что «Перо ангела» ещё не откатилось, да и лечилки у меня больше нету, скорее много. Но сдаваться мы точно не будем. Балагур, конечно, лезет на рожон… Но выбора то нет. Придётся драться. Хотя…

Делаю шаг вперёд, отодвигая Вовку в сторону, и почесав горлышко, счастливо заклекотавшему Битку, поведал всем присутствующим:

— Я бы не торопился копьями махать и кинжалами пырять, — хлопнув Балагура по плечу, задал важный вопрос: — Кто тут считает, что вот этот парень: больной на голову придурок, который ничего не боится, лезет в любую драку, не уважает начальство? — кивок местному лидеру.

— Да все так думают, — предводитель удивлённо смотрит на меня, при этом бросает высокомерный взгляд на Балагура. Дескать, видишь, даже те, кого ты привёл, понимают кто ты.

А люди вокруг одобрительно шумят, мол, что есть, то есть.