Игры не будет!

“Я недавно передачку смотрел по телевизору, так вот, там говорили, что злые силы всегда рядом, Вань, я тебе отвечаю, нечисть это какая-то! Сами демоны из преисподней, похоже, напали!” – Иван знал, что Петрович, человек глубоко верующий и к тому же, старый, так что спорить с ним и доказывать абсолютно бессмысленно, вот когда по ‘Телевизеру’ скажут что и как, тогда уже может быть поверит, и то не факт. 

“Вань, ну ты хоть раз послушай меня, человека старого, опытного... Это всё Господь, он нас защитил, не иначе!” – продолжал свою лепту старик.

“Аааааа!” – сквозь зубы прокричал Иван.

 В этот момент, правая рука у парня начала буквально гореть оранжевым светом, вернее, его запястье. Никогда ещё он не испытывал подобного ощущения, его будто одновременно тошнило, всё чесалось, так ещё и его руку сунули в кипящее масло. Особенно для него, человека который в нормальных драках даже не участвовал, а максимум боли он получал только от небольшого пореза ножом, это было дикостью.

 Зато, в этом припадке конвульсий он перестал слышать голос старика, который явно что-то говорил, и причём смотрел на Ивана так, будто пытался изгнать из него беса. А ещё, парень, наконец, смог оторваться от тушки крысоволка, вернее, от оставшихся от неё лишь кожи да костей.

“Фууууух!” – Иван смог выдохнуть, хоть и длилась эта пытка всего несколько секунд, это было для него как будто несколько часов.

“Ибо свет твой освещает мир наш, и погибель всему злу ты!” – лепетал старик, всё так же сидящий  в небольшой ямке раздробленного бетона.

 Иван, не обращая внимания на поехавшего от происходящего токаря, взглянул на свою руку, которая всё ещё немного зудела. Там, на запястье он увидел небольшую татуировку в виде одного ножа.

“Ножик?” – сам у себя вслух спросил парень, ткнув на эту татуировку левой рукой.

 Сразу после этого, из ниоткуда перед Иваном возник кинжал. Да, это точно был не нож, а кинжал. Немного блестящий на свету от Василия Петровича, кинжал летал в воздухе перед парнем, вращаясь и маня. Немного изогнутое лезвие для того, чтобы было сложно достать его из тела заточенное с обеих сторон, длина лезвия около двадцати семи сантиметров и ещё, аккурат для его руки, рукоятка с небольшой, но очень тугой кнопкой.