Игра на эшафоте. Книга 1 трилогии "Летописец"

Барон Орланд как-то спросил у Георга, не считает ли он, что короля могли околдовать, вскользь упомянул Эйварда Пятого, сошедшего с ума. Георг ответил, что это абсурд, но присмотревшись к королю, признал, что не знает, как иначе объяснить его поведение. Король уже не вспоминал Торию и других женщин не искал — он вообще мало выходил из своих покоев. Однажды Георг застал его перед портретом и впервые сопоставил старые слухи о том, как Эйвард тоже часами стоял перед собственным портретом после смерти Байнара.

Король Райгард однажды спросил Георга, как художника-любителя, могут ли картины влиять на разум. Георг посмеялся про себя над невежеством короля, которого уже планировал свергнуть. Сейчас слова Райгарда всплыли в памяти.

Ривенхеды, особенно священники, в показаниях упоминали про Истинную Летопись. По их словам, Теодор считал её дьявольской, верил, будто она околдовала короля и заставляет его совершать безбожные поступки. Георг презрительно отмахивался, но что если Ривенхеды правы? Проблемы в стране начались как раз после убийства летописца и переноса Летописи во дворец.

К сожалению, у него нет доступа ни к портрету, ни к Летописи. Он может лишь использовать вырванные пытками свидетельства и надеяться, что этого хватит.

Георг оглянулся на камеру пыток, где провёл почти полтора месяца, слушая крики боли, проклятья и мольбы, не оставлявшие его даже во сне. Однажды ему приснился Айварих: он висел в цепях и сознавался в бесчисленных убийствах, начиная с принца Байнара и кончая Оскаром Мирном.

Независимо от того, чем кончится сегодняшний день, Георг сюда не вернётся: прошение об отставке у него с собой. Если король его не примет, неважно: он приготовил всё, что нужно для побега. Если Айварих простит Катрейну, ей и тогда лучше уехать к сестре. Однако Георг не верил в милость короля — очень уж его насторожил вчерашний ночной разговор с Алексом, которого Георг просил посодействовать освобождению Катрейны. Алекс в ответ на просьбу криво усмехнулся и сказал, что он просил за неё утром.

—Что сказал король? — Георг мог бы не спрашивать, ибо ответ был написан у Алекса на лице.

—Сказал, что отправит меня к вам, если я ещё раз посмею прийти к нему с такой просьбой, — глядя в глаза собеседника, ответил Алекс.

Нет, оставаться здесь ей нельзя, а сестра защитит, даже если Гиемон будет против. План готов, остался последней акт пьесы. Георг взял бумаги и пошёл в приёмную Айвариха.