Норвуд

Наверное, нужно складывать руками какие-то знаки, как это делала Опалённая, но они не были мне известны и поэтому, когда мертвяк двинулся навстречу, я просто крикнул:

— Стой!

Несмотря на всю бушевавшую во мне силу, почему-то ничего не произошло, и бывший подмастерье лавочника так и продолжал переть на меня как ни в чём не бывало.

Кажется, сам воздух вокруг покраснел от моей ярости.

— Стой! — теперь я завопил так, что заболели связки.

И это подействовало — мертвяк остановился и уставился на меня своими блёклыми глазами. Так и знал, что не нужны мне никакие жесты или знаки — справлюсь и без них.

Интереса к покойнику я больше не испытывал и поэтому просто побежал дальше. Огибая препятствия и уклоняясь от рук порождений зла, я очень скоро добрался туда, куда хотел. Туда, где всё началось.

Особняк бургомистра был точно таким же, каким мы его оставили.

Сам городской управитель, из спины которого торчал стилет, всё так же лежал, уткнувшись лицом в траву, и легонько подёргивал конечностями.

— Господин бургомистр, — я упёрся ступнёй в плечо толстяка и перевернул его набок, — попробуйте-ка это снадобье...

Открыв пузырёк с единственной и такой крохотной капелькой зелья — капелькой, которую можно выпить самому — я с трудом залил её в пасть бывшего городского управителя.

Отбросив пустую тару в сторону, я заметил, как мертвяк несколько раз дёрнулся — похоже, ещё немного и стилет перестанет его удерживать. Но ничего страшного, ведь я сам собирался вытащить оружие.

С Клинком было расставаться ещё жальче, чем с последней каплей снадобья. Я достал кинжал из ножен, глянул на него напоследок и резанул собственную ладонь, отчего тонкая струйка ярко-алой крови полилась прямо в пасть бургомистра.

Теперь мертвяк уже не просто дёргался, а быстро шевелился — ноги загребали по земле, а руки тянулись в мою сторону. Смотреть на это было очень весело.

— Надеюсь, теперь вы сможете меня найти, господин бургомистр, — я опустился на корточки рядом с тушей и вбил Клинок по самую рукоять в грудь толстяка.