Повесть о Серых Крыльях: Буревестник

Стас уставился на бывшее пристанище лесорубов, часто моргая и двигая челюстью, пока наконец не протер лицо грязной подрагивающей ладонью и, тяжело дыша, не выпалил, обращаясь неизвестно к кому:

- Спасибо, конечно!.. Но я бы и сам…

6

Случайные прохожие, подорвавшиеся невесть почем в такую рань, шли по своим делам, с недоверием посматривая на уставшего путника. Хотя, не такая уж и рань. Стас посмотрел на стремительно светлеющее небо и ускорил непослушные ноги. Попавшиеся на пути, стражи порядка хотели остановить его, приняв грязного шатающегося проходимца за попрошайку или отпетого гуляку, но почему-то передумали.

Стас не обратил на них внимания, шагая по улочке в поисках нужного дома. Во всех окнах ближайших построек, горел свет. Он сочился через щели приоткрытых ставень, указывая на то, что жильцы уже не спят, готовясь к новому, наполненному трудом и свершениями, дню. Хотя, какой тут сон? Это маленькое происшествие в дубраве не разбудило в Новорне разве что мертвого, а ведь он был там – дальше.

Стас остановился, переводя дыхание, и придирчиво осмотрел старую, недавно подлатанную, хибару. Все, как в описании. Все так…

- Кто? – Ответил на стук, приглушённый дверью и полный недовольства, голос.

- На красочных лугах, среди цветов и пчел, под ласковым светилом я смысл вновь обрёл. – Промолвил Стас и чуть не рассмеялся от собственных слов. Нет, несуразности в сказанном не было, просто от усталости у него начиналась истерика.

- Я смысл вновь обрел, ее завидев лик, и к музе поцелуем отчаянно приник. – Мгновение спустя ответил хозяин дома и дверь отворилась.

Стас зашёл внутрь и окинул взглядом помещение. Все как у людей.

- Ранены? – Взглянув на прибывшего, с беспокойством вопросил крепкий бородатый мужик после того, как запер дверь.

Пришелец лишь отмахнулся и улыбнулся хрупкой девушке с платочком на голове, которая уже семенила к нему, теребя пальчиками передник.

- Покушаете? – С заботой предложила хозяюшка и растянула губы в скромной улыбке.

Судя по запаху, стряпуха из нее была отменная, но усталость уже настолько давила, что в глазах было мутно, а тело то и дело отказывало, пытаясь умаститься с размаху уже где-нибудь. Стас лишь слабо покачал головой и побрел дальше.