Левиафан. Проклятые земли

Описания, которые Аудун слышал от совершенно разных людей, во многом расходились, например, кто-то говорил, что от одного взгляда Ингвара враги каменеют, а другой утверждал, будто своими глазами видел, что воин тот высок, точно ётун и столь же силен. Но, походив с утра до ночи среди разномастной гудящей толпы, собравшей торговцев и покупателей со всего региона от Тёнсбрега до Хортена и даже Холместранна, начинаешь довольно быстро отличать зерна от плевел.

Теперь, когда Лейв подтвердил догадку Аудуна, сомнения как рукой сняло, а план его обрел четкость.

Он прошел мимо стола, за которым сидел Ингвар, аккурат таким образом, чтобы задеть его локоть. И ровно в тот момент, когда воин подносил кружку с медом ко рту. Мед расплескался в стороны, обильно залив пышную светлую бороду и ворот серой рубах из тонко обработанного льна.

– Аккуратнее будь! Впредь! – донеслось из-за спины, когда Аудун прошел дальше к стойке корчмаря. Он не обернулся, но замедлил шаг, ожидая, что сейчас ему на плечо ляжет сильная мозолистая рука и рывком развернет его на себя.

Но нет, когда Аудун присел у стойки и взглянул через плечо, Ингвар как ни в чем не бывало продолжал пить мед и смеяться с друзьями.

Воин хмыкнул, заказал у корчмаря кружку меда и подумал о том, что знаменосец конунгане просто драчун, которому Всеотец в детстве вложил в руку клинок, да забыл вместо этого что-то доложить в голову. Он не заводился с мелочей, не искал битвы попусту. Это признак сильного человека и сильного воина.

Аудун отпил немного меда и двинулся к своему столу, за которым сидел Лейв с отвисшей до района коленок челюстью и глазами, что шириной могли поспорить с мировой бездной Гиннунгагап. По пути он вновь «случайно» толкнул Ингвара, но в этот раз уже сам обронил на него изрядную долю меда из своей кружки. Во второй раз воин не выдержал и поднялся.

– Эй! – пророкотал он вслед удаляющемся Аудуну. Голос у него был низкий, но не басовитый. – Ты нешто с зайцами в родстве?

Аудун подмигнул оторопевшему Лейву и неспешно развернулся в направлении Ингвара.

– Заяц бежит, когда чует страх, – продолжил Ингвар с легкой улыбкой. – Волк, медведь – они стоят до конца. Но заяц бежит. И ты бежишь.

– Что ты имеешь в виду? – с самым невинным видом спросил Аудун. Он сделал несколько нетвердых шагов в направлении Ингвара и остановился, качнувшись. Несколько капель меда вылетели из его кружки и демонстративно легли на и без того уже вымокшую рубашку хускарла.