Левиафан. Кровь Ангелов

Умирая, они продолжали стрелять, поэтому разбиты несколько ламп.

– Он метнул ножи веером, – догадался Карн, увидев на стене за темными пятнами несколько сколов. Эрра молча кивнул.

Внезапно распахнулась дверь лаборатории. Побледневший и осунувшийся Тот подошел к ним и устало посмотрел на Эрру, потом на Карна и Локи, который сидел на коленях перед сгоревшей лавкой и что-то ковырял пальцем в углях.

– С Виком все в порядке, – сказал бог мудрости. – Две пули, одна пробила почку, другая зацепила кишечник. Но я спас оба органа, пули извлек.

– Как это вообще? – бог войны уставился на Тота. – Как они оказались тут? Они ведь не вошли. Это телепортация. Здесь, в Ра!

– Я вам больше скажу, – подал голос бог огня. – Они использовали магию! Не те фокусы, что порой устраивают мелкие духи, божки и дурачки, заключившие контракт с кем-то из высших. Это был настоящий огонь. МОЙ огонь. Кроме меня в Ра никто не может обладать такой силой.

– Значит, может, – отрезал Эрра. Локи растерянно посмотрел на него.

– Вик все расскажет, как только придет в себя, – вмешался Карн. – Но где остальные. Арчер? Дриады? Нисса?

Произнося ее имя, он непроизвольно сжался и его голос дрогнул. Тот мгновенно отреагировал. Бог мудрости как-то странно посмотрел на Карна, но ничего не сказал.

– Я тут, ребзя, – донеслось со стороны кухни. Карн только сейчас заметил, что дверь в помещение отсутствовала, а вокруг валялась дубовая щепа.

Арчер, ковыляя, вышел в главный зал. Его правая рука плетью висела вдоль тела, в левой он сжимал арбалет. Толи наркоман, толи пророк подошел к фонтану и присел на каменную чашу, выронив оружие из рук. Тот подошел к нему, осмотрел.

– Поврежден нерв, – констатировал бог мудрости, изучив руку Арчера. – Сделаю компресс и в условиях митреума восстановишься за сутки. Но боль, должно быть, адская. Как ты ее терпишь?

– Ты уж прости, – Арчер опустил глаза. – Я кое-что свистнул из твоей лаборатории…

– С этим мы потом разберемся, – перебил его Эрра.

– Мы с Виком сидели подле фонтана, – Арчер поскреб ирокез и поморщился. Карн отметил, что его голос постоянно срывается, а зрачки произвольно меняют размер. – Я культурно рассуждал о бренности бытия, он крутил в руках этот каменный шарик, мобилу вашу. Потом я пошел на кухню, жрать захотелось. Ну, после плана так бывает, вы знаете…

– Ближе к сути, – в голосе Эрры звучала сталь.