Искоренитель

– Правда заклинание это от хозяина крови полного согласия требует и помыслов благих, поэтому колдуны им почти и не пользуются никогда.

– А отчего вы сами не можете кровь свою применить?!

– Искоренители во время ритуала наречения камня кровь используют, и для подобных заклятий она, увы, не годиться совсем, ибо камень тогда силу к розыску зла утратит.

– Хитро! – скинув с себя ножны и суму, Ефимий присел к тёплому костерку. – Стало быть, вы тоже магией кровавой владеете?

– Ещё чего! Нас её распознавать учат – Военег прокашлялся.

– С помощью собственной крови искоренитель не может заклятия чёрные творить, а кровавая магия целиком на живице из жил зиждется. Однако ж есть и «иные» чары, но и те по пальцам одной покалеченной руки перечесть!

– Но ведь если ты сам ритуал проведёшь, то у Мстислава камень действующий останется, и вы сможете о магии ведать? – с недоверием сказал офицер.

– Не всё так просто, Ефимий! В подвеску наречённую часть души переходит, и ежели своей кровью для чёрной магии пожертвуем, то и сердце для зла откроем.

Были братья в ордене, которые на сторону тёмную переметнулись, однако сердца их от этого в камень превратились, и то совсем не байки! Тяжек долг искоренителя, как и ответственность и служба ордену.

– А если этот камень, скажем, уничтожить?

Мы с Военегом переглянулись:

– Для чужой воли он неуязвим, а если сам захочешь орден оставить, то ритуал провести должно, только вот засим на светлой стороне лучше остаться, ибо….

– Сердце камнем сделается?

– Именно!

За приятной и обстоятельной беседой весь вечер минул и часть лёгкой трапезы, после которой мы о страже условились.

Навалившаяся гнётом ночь в дрожании от озноба прошла да с проклятьями яростными, что на внезапный снегопад направлены были. Всю округу толстым слоем белоснежного пуха припорошило, но непогода продолжала беситься, без остановки посыпая землю пушистыми хлопьями, и дали просторные от взора скрывая.

Поутру, с недовольством и недосыпом мы к ритуалу обличения прибегли, дабы хоть одним глазком глянуть, была ли рядом та самая опасность, о которой на протяжении ночи жаром бурчал камешек.

Военег ответственно к действу подошёл, и на десяток кругов вояке слова пересказал.

Однако когда офицер уже до скрипа в зубах каждую фразу выучил, искоренитель всё же решил в последний раз о таинстве поведать:   

– Не будет лишним ещё разок закрепить…. Внимательно слушай: кровь с добром да явит правду. Флёр тьмы пусть с источника спадёт и истину покажет.