Искоренитель

Хоть и действительно прохладно было, однако переменчивый морской ветер то тепло приносил, то вновь сквозняк промозглый, вот, видать, солдаты и околели с непривычки, едва ли не весь бивак костерками усеяв.

Воздух дождём и свежестью морской пах, в нём крики чаек слышались, а по правую руку, в сквозных прорехах между ветвей, ветер доносился и даже шелест волн угадывался, что о берег каменный где-то за лесом бились. Группа прозелитов-искоренителей между собою переговаривалась, а Военег с Ефимием будто и не хотели общения с нашими соратниками новыми, которые из-за крови молодой да горячей шибко уж рьяно к сражениям довлели, и подвиги свои прошлые во всю глотку обсуждали.

Одну версту мы разменяли, другую, третью, но цель по-прежнему далека была, словно и не приближалась совсем.

Утомившись дорогой долгой и вопросами пареньков приставучих, Ефимий вновь разговор начать решил, дабы внимание от себя оторвать:

– И чего это Драгомиру в головушку взбрело искоренителем представляться, если деревенщины итак по приказу короля обязаны войску королевскому помогать?

– Так ведь он сын Изяслава, и сам до службы офицерской обучение в приорате нашем проходил – Военег прильнул ближе к вояке.

– Стало быть, в полной мере ремеслом владеет?

– Верно. Это он уже после кончины батюшки своего на службу воинскую подался, дабы убийц найти. Но дело это до того запутанным оказалось, что сдался Драгомир и на юг переехал, переправы морские стеречь да от толков подальше быть.

– И, видать, грабежами заниматься да….

Вояку прервал один из пареньков:

– Пр-р-р! Глядите, там скрывается кто-то!

– Нежить! – отозвался второй искоренитель.

Мы остановились.

– Прав он – Ефимий сосредоточенно принюхался. – Мертвечиной пахнет!

– Да немного их там – камень молчит почти! – вытягивая подвеску, Военег провёл ей перед всеми. – Опять покойника какого-то наспех земле предали, вот и взбесился он!

– А я бы на тебя поглядел после похорон невесть где! Ты бы тоже наверняка….

– Тс-с-с! – я прислушался, распознавая вялые кряхтения и шипение озлобленное. – Зуб даю, что битва там была и изранены они!

Офицер спрыгнул с коня, клинок из ножен вынимая:

– Проверить надобно. За мной!

И бросились мы всей шайкой за воякой на звуки нежити недобитой, оставив одного лишь ученика у коней.

Ефимий чащу непролазную мечом расчищал, напролом следуя, и уже через полсотни шагов в деревьях просвет показался – поляна объявилась.