Искусство Меча и Магии: Камень вечности Том 4

00:00»

Масляная лампа уже почти догорала, когда Лейтенант Мезен Крейно уже складывал документы в кейс и прятал в сундук.

00:04

Дописав отчет о прошедшем дне, он рассортировал оставшиеся бумаги.

00:15

На конец завершив все дела он переоделся и как только лег в неудобную военную кровать начал засыпать. 

С утра будет тяжелый день, ибо им наконец нужно будет разобраться с монстрами для дальнейшего продвижения по территории Лиджи.

00:30

Тишина заполнила палатку. Лишь тихое сопение было спутником тишины и тень солдата, стоявшего над лейтенантом.

Крупный мужчина что не был особо виден в ночной мгле. Прошел к столу и щелчком пальца зажег лампу, что освятила палатку. Внезапные лучи света попали на лицо Мезена Крейно и тот поморщившись очнулся. 

Однако все что он мог сделать так это приоткрыть глаза в то время как его тело непослушно лежало на кровати. Не осознавая того что происходит, мужчина тут же попытался подняться, но безуспешно.

– О, вы очнулись лейтенант. 

Насмешливо произнес крупный мужчина что вальяжно расселся на столе, закинув ногу на ногу.

Короткие каштановые волосы, грубые черты лица, шрамы на руках и шее и синяя имперская форма. 

– Фельдфебель Отто Грюнберг, что это все значит? 

– То, о чем вы и подумали лейтенант. 

– Вы предали Империю.

Лейтенант Мезен Крейно тут же попытался встать, но к сожалению, ничего он не мог сделать. Все что он мог это двигать глазами и губами, на остальное сил у него не хватало.

– Не выйдет зелье, которым было полито ваше тело поражает нервную систему лишая ее связи с мозгом. Можно сказать, что ваше тело сейчас не послушает вас на протяжении пяти часов. 

– Вы предатель. 

– Предатель? Ну что вы, что вы. Я никого не предавал. 

Отто слез со стола и тихими шагами прошелся к лейтенанту. Тяжелые шаги с каждым шагом становились все легче и легче, а в палатке начал появляться неприятный запах. 

Дойдя до мужчины пара глаз уже смотрели на него параллельно его лицу.

Лицо смотрящего не было похоже на лицо тридцати пятилетнего мужчины, прошедшего через тяжелые бои. Даш\же шрамы около глаз и на щеке отсутствовали. Это было лицо пятнадцатилетнего парня. 

Молодое и ещё незапачканное шрамами. 

Вместо коротких каштановых волос были длинные до ушей черного цвета что темнее ночи, а в зеленых как весенний луг глазах отсутствовала жизнь и было лишь наплевательство на всё.