Ненависть 2. Другие Миры

Несколько вспышек дальнего света разбудили сознание парня. Он помотал головой и сдвинулся с места. Захлопнув дверь, друг стёр с ладоней засохшую кровь и пожал руку Луке:

— И что будет дальше? — он растерянно произнёс и уставился на меня.

— Я сделаю этот мир другим! — глядя в зеркало заднего вида, я наблюдал, как улёгся на полке Викл. — Но правду тебе лучше подавать маленькими порциями. 

Если не получилось уберечь друга от всей этой истории, то держать его в неведении было бы нечестно. 

Бешеный вазовский «гелик», пробуксовав, сорвался с места и устремился в сторону соседней лесопосадки.

Окраины городов как две капли похожи друг на друга: темно, грязно, хрущёвки остаются позади и начинается кольцо промышленных зон. Поэтому, когда пришла смска от Кости, я не понимал, насколько мы далеко от указанного в ней места.

— Нам нужно на Стромиловское кладбище.

— Большой крюк, опасно, там по дороге камер мама не горюй, ещё этот мост строят, — помотал головой Лука.

— Я не спрашиваю! Мы едем туда! — я резко отдёрнул старичка, но после небольшой паузы добавил. — Для меня это очень важно. 

На резком повороте засвистела резина, и машина повернула в сторону города. Я попросил остановиться по дороге у цветочного ларька, чтобы Илья купил самый красивый и большой букет. 

Наконец, мы подъехали к кладбищу. У Луки вышел длинный и не дешёвый разговор с охранником, но, в итоге, в ночь нам открыли ворота. Долго искать не пришлось.

 

— Брат, а кто она? 

Я стоял напротив могилы Самойловой Алисы Игоревны:

— Она та, которой я успел подарить лишь маленький букетик полевых цветов. Она та, кто появилась в моей жизни в самый невероятный момент. И она та, ради кого я изменю наш мир и точно убью одного архангела. 

Друг молча кивнул, будто понимал сказанное мной, и оставил с ней наедине. Навес ещё не успели установить, поэтому моя курточка быстро промокла насквозь, что нельзя было сказать о белом мраморном платье Алисы.

Если небес никогда не существовало, если ада в людском понимании нет, то куда попадает человек? Просто конец? И о чём бы я не думал, всё мои мысли сводились к тому, что я причина её смерти. 

Минут через пятнадцать я вернулся в машину:

— Спасибо, теперь можем ехать.

Природа разыгралась не на шутку. Свет фар едва пробивался на пару метров сквозь стену проливного дождя. Но Лука даже не думал сбавлять скорость.