Сандэр. Ночной охотник

Наломав веток с куста, поддел ими копье и аккуратно перенес на спину лоа, постаравшись избежать прикосновения оружия к коже моего транспорта. Выброшу, пролетая над горами.

Взамен возьму трезубец хизаи. Добротное оружие, металл крепкий, самое меньшее на остроту зачарован — ткнул им в дерево, зубья вошли в ствол легко, не встречая сопротивления. Следящие чары на нем вроде не установлены. Высплюсь, айгаты накоплю и обследую детальнее. С ожерельем куда сложнее. Прикрепленные к цепи медальоны, величиной с яблоко каждый, выкованы из неведомого металла, от них прет айгатой стихийного типа.

Браслетов и колец на менталисте не оказалось, кольчуга не снималась. Никакого желания отрывать металл с мясом, хочется поскорее убраться отсюда и уснуть, плотнее завернувшись в плащ. Будь у меня свободный часок — я бы выпотрошил шестиглазого, забрав все мало-мальски ценное. Взвесив все «за» и «против», пришел к выводу: лететь пора. Только сначала позабочусь о возможных преследователях.

Дружки шестиглазого непременно захотят осмотреть его труп, не крестьяне же суеверные и, судя по всему, не трусы. В их интересах выяснить, как погиб бедолага. Подойти к нему, может, не подойдут, но будут поблизости.

Наспех начертил ножом магическую фигуру на земле, затем, зажав зубами рукоять, проколол себе ладонь острием и окропил кровью борозды, привлекая теневых духов. Тени задрожали, удлинились, наполняя линии чернотой. Кушайте мою айгату на здоровье. Удар в центр паутины, подчинение сползшихся на угощение сущностей и приказ проникнуть в астральные проекции тех, кто был тут недавно и оставил след из айгаты.

Фигура разрослась, слилась с тенями от растительности, охватила весь холм и побледнела, теряя заметность. «Маячок» готов. Освоившиеся в проекции вернувшегося сюда разумного духи станут подавать сигналы о своем местонахождении, по ним я пойму, где враг. Засечь передачу трудно и мастеру астрального поиска, так что о преследовании буду предупрежден с девяностопроцентной гарантией.

«Куда?» — лаконично поинтересовался летающий скат, едва я уселся ему на спину.

— На запад. До рассвета не тревожь без веского повода.

Устал я. В Умбро скоро не погружусь. Вот поправлю здоровье немножко, отдохну — и вновь туда. Страшновато, конечно, но это необходимость, продиктованная обстоятельствами. Без стремительного скрытного перемещения меня легко найдут.

Привязав к себе обрывком ткани трезубец, положил его на колени.