Кровь. Меч. Корона.

Очаги здесь топились по-чёрному, чтобы даже самая крохотная толика тепла не выбиралась наружу через трубу, а дым выпускали через крохотное отверстие под самым потолком. Но и местных легко можно понять — дрова приходится возить издалека, и на болоте выбирать не приходится.

Вождь клана встретил нас как почётных гостей, усадил за стол рядом с собой и выдал нам лучшие куски из наспех собранной трапезы. Это была варёная рыба с какими-то травами, но даже она показалась мне вкуснее любой походной жратвы.

– Я рад приветствовать вас в моём доме, – сказал он, поднимая серебряный кубок в нашу честь.

Он выглядел крепким светловолосым мужчиной с прямым носом и курчавой бородой, и его можно было бы даже назвать красивым, если бы не выпяченная нижняя губа.

– Моё имя — Вилас ап Мэй, – он легонько стукнул себя кулаком в грудь. – Я — вождь этого клана по праву сильнейшего в роду.

– Я — Брианна ап Аргайл, дочь короля Ангуса, – оторвавшись от трапезы, произнесла девушка.

– Я — Ламберт из Стратхорна, – представился я.

Похвалиться древней родословной я не мог, и мне пришлось назваться так, как принято у нас на юге.

– Что привело вас в наши земли? – степенно спросил вождь.

Мы с Брианной переглянулись и я моргнул, предоставляя говорить ей. Всё-таки у неё было гораздо больше опыта в общении с вождями. Ну и в целом, это была её идея — придти сюда.

– Мы были с армией Кигана ап Конайлли, – начала она. – Гибрухт застал нас врасплох и боги даровали ему победу в битве.

Вождь степенно кивал почти на каждое слово, внимательно слушая.

– Он убил племянника? – спросил Вилас.

– Киган скрылся, убежал на восток.

– Клан Эйтне, – вождь нахмурился, произнося это имя так, словно выплёвывая. – Скользкие ублюдки. Зачем он пошёл к ним?

Брианна пожала плечами. Я тоже не мог ответить. Я даже не знал, кто это такие.

– Они же вспорют ему брюхо и оставят умирать! – вождь отчего-то расхохотался.

– Будем надеяться, что нет, – сказал я.

Мне совсем не хотелось подобного исхода, ведь я понимал, что без Кигана война теряет всякий смысл, и что наместник не станет выслушивать оправдания.

Девушки, что прислуживали за столом, и поразительно похожие на вождя, принесли нам кувшин с пивом и поднос вяленых карасей. Вилас ап Мэй сам разлил пиво по кубкам и поставил перед нами.

– Угощайтесь, угощайтесь, – он тепло улыбнулся.

Пиво и впрямь было неплохим, чего я не ожидал в такой глуши.