Кровь. Меч. Корона.

Я отчётливо понял, что лучше уж погибнуть в бою, чем умирать вот так — долго и мучительно. Нет, я не боялся смерти как таковой, и Осви тоже не боялся. Куда страшнее прослыть трусом, например.

Брианна сидела молча возле него и держала его за руку. Слёзы покатились по её щекам, оставляя светлые дорожки.

– Южанин, – произнёс Осви. – Подойди.

Я похлопал мерина по лоснящейся шее и подошёл к умирающему. Почему-то он избегал называть меня по имени. Я подошёл к нему с левой стороны, с правой сидела Брианна. Я опустился на одно колено.

– Это достойная смерть, – сказал я.

– Заткнись и слушай, – оборвал он меня.

Я кивнул. Последняя воля умирающего священна у всех народов. Гаэл некоторое время собирался с мыслями, я терпеливо ждал.

– Кровь этой девушки — кровь первых королей севера. Не дай самозванцам заполучить её.

Брианна устало посмотрела на него.

– Осви, – перебила она. – Сейчас не время для твоих сказок. Прошу, перестань.

Но Осви не слушал.

– Клянись, – прошипел он, хватая меня за предплечье и сжимая с неожиданной для умирающего силой.

Я прикрыл глаза. Ещё одна клятва, что будет держать меня здесь, на севере, вдали от дома. Но и отказать я не мог.

– Клянусь, я сделаю всё, чтобы Брианна ап Аргайл не досталась самозванцам, – сказал я то, что он хотел услышать.

– Ни Гибрухту, ни его сыну, ни Кигану, – Осви всё ещё крепко держал меня.

– Никому из них, – пообещал я.

Гаэл кивнул и прикрыл глаза. Он ослабил хватку, и я медленно высвободил руку. Отпечатки его пальцев всё ещё горели на коже.

– Но тогда я должен знать, – сказал я. – Киган говорил про проклятие и ведьмовство. Это правда?

Осви усмехнулся и поморщился от накатившей боли.

– Ложь от первого до последнего слова. Грязные сплетни.

Я вздохнул. Ещё несколько дней назад я советовал королю взять её в жёны, а теперь даю клятву умирающему, что не допущу такого исхода.

– Я клянусь тебе, Осви ап Глаин. И пусть Господь будет свидетелем, что я не нарушу этой клятвы, – проговорил я от чистого сердца.

Он взглянул мне в глаза и по его лицу пробежала тень улыбки. Здесь я хотел бы сказать, что он умер, но это не так. Жизнь — это не красивая сказка, где все живут долго и счастливо, а уходят легко. Он умирал ещё несколько часов, то приходя в сознание, то снова впадая в беспамятство, и всё это время Брианна просидела рядом с ним, держа его за руку.

Я же в это время обустраивал лагерь для ночлега, разводил костёр, готовил ужин из остатков провизии.