Кровь. Меч. Корона.

– Мы что-то сделали? – самым миролюбивым тоном спросил Киган.

– Пока нет, – ответил капитан. – Пошли, живее.

Через полчаса мы втроём: я, Киган и офицер, стояли во дворе крепости. Оружие пока не отдали, унесли куда-то наверх, но капитан заверил нас, что его вернут на выходе. Если нас отпустят, конечно.

Наконец, в дверях угловой башни показался горбун и помахал нам рукой.

– Пошли, – с видимым облегчением сказал капитан.

Горбун дотошно осмотрел всех троих, включая капитана, и особое внимание уделил мне.

– Ведите себя прилично, – проскрипел горбун.

Башня, сложенная из крупных булыжников, внутри оказалась чуть больше, чем казалось на первый взгляд. Мы даже один раз остановились передохнуть, потому что горбун запыхался на подъёме. Верхняя платформа башни, открытая всем ветрам, была укрыта деревянной остроконечной крышей.

У края платформы, возле одной из бойниц, стоял деревянный стол, накрытый алой скатертью. За столом сидел толстый лысый мужчина в махровом халате и смотрел на город с высоты.

Капитан Лютер толкнул нас в спины.

– Кланяйтесь, олухи, – прошипел он. – Это же наместник.

Я поклонился, Киган чинно кивнул толстяку, как равному, за что получил ещё один тычок в спину от капитана.

– Перестань, Лютер, – голос наместника оказался тонким и высоким, никак не соответствуя внешности.

– Виноват, ваше сиятельство, – отчеканил капитан и сделал шаг назад.

Наместник лениво махнул рукой, а затем взял со стола гроздь винограда и начал есть ягоды одну за другой. Мы терпеливо ждали, пока он соизволит обратить на нас внимание.

– Итак, вы и есть те самые бродяги, – начал он, отрывая ещё одну ягоду. – Да, похоже на то.

– Мы не бродяги, ваше сиятельство, – сказал я.

– Может и не бродяги, – пожал плечами наместник. – Да, лучше будет назвать вас беглыми рабами.

Я остолбенел.

– Думаете, у меня нет шпионов там, за холмами? – улыбнулся наместник. – Мне плевать на гаэльские дрязги, но врага надо знать. Ты, значит, король?

Киган приосанился и кивнул.

– Из рода Конайлли, значит. Что бы ты сделал со своим дядей?

– Я сделаю из его черепа кубок для питья, – фыркнул гаэл. – А его сына Кимвела заставлю пить из этого кубка его собственные…

– Довольно, – перебил его наместник. – Какая дикость.