Лучший. Книга первая.

– Соратники, братья, – обратился Кронор к небольшому отряду, человек в двести. – Мы победили, но какой ценой. Столько душ, столько друзей и родных мы потеряли…

Многие воины не скрывали своих душ, они скорбели, вытирая слезы. Этот бой был последним, но самым кровопролитным в войне. Из тысяч и тысяч воинов в живых осталась лишь горстка.

– Мы должны положить конец Культу, – продолжил Кронор. – Отправить алтарь безумного бога во Мглу. Я не справлюсь сам, мне понадобится ваша помощь. Дайте мне силы, братья, в последний раз.

Повелитель повернулся к крепости в ожидании ответа. Ответом стала рука, легшая на его плечо. Гонард не раздумывал ни мгновенья. На другое плечо легла рука Бодгана, верного друга и соратника. Воины, один за другим, открывали источники, кладя руки на плечи друг другу и направляя силу Кронору, по цепочке. Мощь наполнила Повелителя, ее было так много, что тело засветилось ярким синим светом, цвет человеческой души. Он направил руки на крепость и закричал.

– Повелеваю! – голос ударил раскатом грома.

С последним словом небеса обрушились на крепость. Это было самое мощное Падение небес, которое видел Осколок за всю свою историю. Мощь была столь невероятна, что само пространство исказилось, открывая бреши на изнанку мироздания. Крепость смяло, словно песочный замок, с оглушительным грохотом огромная часть плато откололась, уходя во Мглу.

Глава четырнадцатая. Особенный.

– Как это могло произойти? – спросила Мири.

Молодая компания собралась в моей комнате, тут же был и Борис. Бориса мне сдал Гонард, как только Повелитель ушел малыми Дальними вратами. Борис не просто репетитор, вернее вообще не репетитор, он оказался тенью Скрытого ордена. Как я понял, это что-то вроде нашей разведки и контрразведки в одном флаконе. Борис отрицать не стал, раскололся на первом скачке. Я что-то подобное и подозревал, поэтому отнесся к этому спокойно. Мы не успели с ним толком переговорить, как в комнату ворвалась Мири, а за ней все остальные, и без спросу повалились на диван.

– Сам в шоке, – ответил я с улыбкой, наблюдая за озабоченными лицами ребят. Лично я рассчитывал на секретность, но что есть, то есть.

– Борис, ну хоть ты скажи, – обратился Филирон к тени. – Ты же его учитель. Не может ученик быть заведующим учебного корпуса.