Кач искажённого мировоззрения

Пол в этом проходе был усеян разнокалиберными осколками камней, поэтому ускоряться, здесь не стоило. Свет пауков отлично освещал коридор, но до пола не доходил. Свернуть себе шею будет сложно, но разбитые колени и локти гарантированны. 

Через пятьдесят метров, в голову взбрела странная мысль. А нельзя ли приспособить паука в качестве переносного фонарика? Я стал швырять в них камни. Высота в семь-восемь метров плюс задранная вверх голова, точности не прибавляли. Но я упорно продолжал бомбардировку засевших под потолком арахнидов.

Минут через пять безрезультатных попыток заныла шея, и загудел затылок, к тому же я умудрился поцарапаться одним острым камнем. 

Посасывая кровоточащий палец, я присел на большой булыжник не собираясь сдаваться. Передохнув, я снял куртку и стал собирать в неё самые удобные для броска камни. Вовремя я вспомнил про мудрую обезьяну из анекдота, которая сбила палкой высоко висящий банан. Я же чувствовал себя тем самым тупым гопником, который продолжал пытаться достать пресловутый банан с воплями: «Что тут думать? Прыгать надо!»

А причина в том, что буквально рядом в стене торчал приличный выступ высотой три метра с плоской площадкой наверху, где я однозначно смогу поместиться.

Подкатил два огромных валуна и камнями помельче, теми, что мог поднять, выложил ступеньки. Отлично! Теперь не придётся спрыгивать вниз, с риском переломать ноги. Главное, чтобы камни оказались крепкими и не рассыпались подо мной, а то они показались слишком лёгкие. В реальности такие камни, из которых я мостил ступени, должны весить килограмм двести. А по ощущениям они не больше 60-70 килограмм.

Раз, два, три! Всё! Три броска хватило, чтобы сбить «фонарик». Высвободив куртку от остатков камней, я осторожно подкрадывался к светящемуся на земле пауку. Он лежал кверху брюхом, слабо шевеля лапами. Живой ещё. Главное, чтобы светил. Я достал пистолет, аптечку и быстро, пока тот не очухался, примотал бинтом к стволу пистолета за голову, стараясь укутать все лапы тоже. Светилась у него только задняя часть, вот ей и быть на свободе.

Биоэнергетическая установка на лафете ПМ. Я покрутил фонариком по тёмным местам. Он не просто освещал все камни на полу, скорее усиливал свечение своих братьев-арахнидов, оставшихся на потолке. Вот теперь можно идти смело.

Камни, усеивающие пол были самой разнообразной и причудливой формы. Но один, который я высветил фонариком, мне почему-то не понравился. Остановился и стал его разглядывать, не приближаясь.