Последнее сказание (*10 иллюстраций)

Согласно высочайшему указанию, Ивану Грозному назначено быть плохим – и вместе с памятью о нём была запрещена и великая победа, с немалым трудом добытая нашими предками. Первый из династии Романовых отдал шведам побережье Балтийского моря и выходы к Ладожскому озеру. Его сын ввел наследственное крепостное право, лишив промышленность и сибирские просторы вольных работников и переселенцев. При его правнуке была сломана созданная Иваном IV армия и уничтожена промышленность, снабжавшая оружием всю Европу (одни только Тульско-Каменские заводы продавали на запад в год до шестисот орудий, десятки тысяч ядер, тысячи гранат, мушкетов и шпаг).

Россия стремительно скатывалась в эпоху деградации… Но тут пришёл «неправильный» Романов – Пётр Первый, он же рекомый антихристом. И кое-что для страны изменилось. Царствие стало Империей. Потому что на царствие управителя никто не сажал.

Власть он взял «сам».

Часть первая: "Сиречь Земли". Глава 8: Движение – жизнь

Тряска. Бег по лестнице, взрывы и осколки стекла под ногами, выбитые стеклопакеты, взрывы в небе.

Приоткрыв глаза, Мария заметила расплывчатый образ Семёна. Его голова странно двоилась. Было странно видеть четыре пары глаз. Вдобавок она видела над собой ещё одну пару рук, что явно последствия сотрясения. Но та пара рук бережно прижимала к груди самый драгоценный ей свёрток с Любляной.

Маша моргнула, решив, что она ещё не отошла от удара.

– Сёма, ребёнок.

– С ней всё в порядке, любимая, – не сбавляя скорости, спускался по лестничным пролётам гигант.

Он мог бы бегать по стенам на поворотах и прыгать через целые пролёты, но опасался за дочку. Тряска могла оказаться фатальной для неокрепшего тела даже с тем, что он окутал в защитную сферу ребёнка.

Прыжок в свой мир оказался моментальным. Савелий не стал спорить, когда ощутил дикую тревогу брата и моментальное желание увидеть семью.

– Чёрта с два, – сказал Семён и в один прыжок оказался в собственной квартире.

Мария лежала в комнате не в лучшем виде. Ребёнок исходил в истерике в кроватке, разбуженный громкими взрывами.