Последнее сказание (*10 иллюстраций)

Приходилось бегать по телам, скользить на тёмной крови и внутренностях. При этом он едва не терял равновесие на сверхскоростях.

Потери мертвяков перевалили за три тысячи – ничтожно малая сумма по сравнению с общей массой орды – когда Отшельник понял, что слишком быстро теряет силы. Сопка перестала приносить преимущество, заваленная телами. Пришлось замедлиться, больше теряя времени на то, чтобы не быть погребенным под телами. Скорость уничтожения зомби упала до одного в секунду и продолжала падать, в то время как сам Рысь пытался забраться выше, чтобы не быть атакованным сверху.

Ни полёта, ни Дальноступа, ни Ближнеступа… Мир ограничил его до человека боя с примесью магии, но годной лишь для того же боя, так как в этот мир магия возвращаться не собиралась.

Рысь попытался сотворить автономный или вручную поддерживаемые щит, купол, сферу, что угодно, лишь бы хоть на миг защитить себя от усиливающегося натиска, но тщетной оказалась та попытка.

Только время потерял.

Орды нежити прибывали, получив лишь один приказ – приказ на его уничтожение.

Сломав шею очередному солдату нежити, Рысь ощутил, как по руке скользнули холодные пальцы, отдёрнул. Три кровавые полосы от грязных ногтей остались на запястье. Почуяв кровь, зомби голодно взвыли. Натиск начался такой, что Отшельнику приходилось уже толкаться и плечами, скользя ужом. Секира Живы спасала. Великий артефакт создавал широкие просеки в рядах врагов. Но их было слишком много. И, по сути оружие почти не спасало.

Так он думал, пока не ощутил дыхание смерти за спиной. Вот она дышит в шею, её клыки рядом, а взгляд в спину ощущается вполне физически. Она несёт страх и ужас, от неё мурашки по коже. Сковывает члены и сложнее дышать.

Судорожно бьющееся сердце готово выпрыгнуть из горла.

Руки налились усталостью. Пальцы пронзала боль от каждого удара по мертвякам. Их холодные, одеревенелые тела были твёрже дерева. Каждый новый удар теперь гарантировано причинял урон собственному телу.

Капли крови полетели с пальцев в разные стороны. Сбив подушечки и ладони, срезав кожу, как будто суткам тёр их о наждачную бумагу, Рысь, стиснув зубы, ощущал, как мясо трется о мясо, а затем и кости. Живая плоть о мёртвую.

Удар… Права рука хрустнула. Локтевой сустав, порядков измучив связки, не выдержал и надломился.

Отшельник устало свалился на колени, падая с горы трупов прямо в руки голодным мертвякам.