Варленд: Бремя обречённых

Объединить силы и дать бой охране у входа сообща – вот верный ход.

Ортоксаны оставили лишь один вход на шахте. Отличительные руны этого ягудского клана из серого фальчиора на чёрном фоне стягами висели над каждой штольней вместе с девизом семьи «за волшебство надо платить».

Всей мощи этой семьи Андрен не ведал, но логично предполагал, что малыми силами их карательные отряды не разбить. И едва восстание прорвалось через вход, массой сломив заслон, как перекинулось на соседние рудники, освобождая ещё два, принадлежащих прочим ягудским семьям, а некоторыми владели сразу несколько.

– Соберёмся в кулак! – убеждали всех то князь, то сенешаль. – А после ударим по морде хозяйской!

Частично одевшись и вооружившись тем, что имелось у мёртвых охранников, а по большей части кирками, мотыгами, лопатами и топорами, скованные одной цепью у шеи орк и человек вновь подали пример. И тут же напали на ближайший дозор с внешней стороны рудников. Большую часть сил ягуды держали внутри рудников, чтобы защититься от побега и снаружи подвоха не ожидали.

Кто мог напасть на них на просторах тундры, кроме диких зверей? Но те предпочитают одинокую добычу.

Андрен подставил меч под удар, нацеленный в шею брату, пнул охранника-ягуда, приложил того локтем. Грок за спиной отразил удар захваченным топором, а коротким мечом снёс другому охраннику голову целиком. Злости в истерзанном плетями теле накопилось столько, что силы тратил без боязни умереть на месте.

Чего копить? Завтра может и не наступить, если как следует не прожить этот день.

Волна освобождения прокатилась по рудникам вплоть до сумерек. А уже к ночи все рудокопы скидывали цепи, уничтожая злосчастных и опостылевших надзирателей. Кровь лилась на снег и камни под светом Очей или при сполохах факелов.

Но свобода досталась тяжёлой ценой. Пленники гибли, разменивая сначала пять на одного. Затем статистика сгладилась, когда рабы получили оружие и спала до трёх к пяти.

Когда в руки восставшим попали фальчиоры, все ожидали мгновенной победы.

Но князь пускать в ход дивные камни не спешил. То – последнее средство. А пока как минимум предмет торга, если что-то пойдёт не так. Он не помнил случая, чтобы владельцы фальчиоров основывали новые государства или получали бессмертие. А, значит, волшба та не всесильна.

Попутно Андрен Хафл пытался собрать вокруг себя как можно больше восставших. Многие нечаянные солдаты безнадёжно болели, были истощены и обезвожены.