Варленд в огне

Простить обоих что ли? В седле больше пользу деревни принесут», – прикинул вождь, прекрасно понимая, что половина разведчиков, лучников, копейщиков и мечников сегодня возможно впервые сядут в седло: «Воевать с такими под рукой себе дороже. А на своих двоих до чащоб не поспеть. Не будут же тролли лежать у кустов, дожидаясь, пока их перережут. Не стоит недооценивать врага, что присылает тебе головы».

Стеганув коня, вождь объехал поле, оценив размеры своего воинства. После некоторых перестановок, он сформировал достойный конный десяток под руководством Тиши.

Выдал первый приказ «пальцу».

– Разведай все наши окрестности, заодно посмотришь, кто как в седле держится. Если враг близко, то хочу знать насколько.

– Это мы запросто, вождь.

Затем Андрен добрал всех, кто попал в мишень на стрельбище. Вышло сорок семь стрелков на обе деревни, но в «яблочко» били лишь семнадцать. Скрипя зубами, Андрен отобрал два десятка, отдав под руку Орлана.

– Вождь, это что же получается? Я уже дважды палец? – удивился лучник.

– Нет, это значит, что другого достойного нет. Сколько бы не было прочих десятников, ты всё равно мой палец при клане. Уяснил? То символ особого доверия.

– Вот оно как выходит. Тогда я стану самым крепким пальцем в кулаке. На меня, значит, вождь, можно положиться.

– Коли так, капитаном станешь вскоре, – уверил Андрен. – Но лишь когда пятьдесят твоих лучников смогут стрелять так, что утке в глаз на лету попадут.

– Чего сразу в глаз то? – удивился десятник. – Достаточно под крыло.

– Договорились. Учи. А пока в северном лесу у села засаду приготовьте. Ловушки будем ставить, чтобы врага достойно встретить. А вы себе такое место на деревьях подыщите, чтобы никто вас не видел. А сами стрелять могли на поражение запросто.

– Эта идея мне нравится, – загорелся Орлан. – Встретим с утра как следует.

Помимо конного десятка и двух десятков лучников, ядро воинства составила полусотня пеших воинов.

Под руку полусотника Кулака попало восемьдесят воинов. Среди них все семнадцать Кулаков, каждый при своём любимом двуручном оружии, в отряды к которым добрали трёх самых сильных мужчин-людей селения, что так же не признавали иной брони, кроме рогатого шлема и оружие носили в двух руках, а не щит: молот, двуручный меч и алебарду. Щитоносцы-люди из деревни составили другое подразделение.