Варленд в огне

Будь с ними и отряд Кулаков, ничего бы кроме крови тоже не вышло.

«Так что теперь? Время тянуть? Да не дадут того времени… всё продумали».

Вождь продолжал говорить по возможности уверенно:

– Как только начертят подробную карту и подсчитают наши общие территории, каждому дам ровно столько, сколько семья его может обработать. Зачем больше, чем поднять можешь? Если твой участок был, так за тобой в приоритете и останется. То право первого занявшего.

– То хороша мысль. Но ты, вождь, сам покумекай, – продолжил мечник.

– Рабов наших освобождаешь, земли забираешь, раздаёшь бездельникам и пропойцам. Что воюем, что пашем, то уже не важно будет. Самим всё обрабатывать придётся. Не дело это, скажи, Вирась?

Топорщик кивнул:

– Да, брат Мирась. Малец ни дня не работал, а нас заставляет вместо рабов трудиться… себе на благо. Знаем мы то благо. Но оно благо для вождей, не для прочих людей.

Андрен обвёл взглядом братьев и тех крестьян, кто приближался с копьями и луками, и сказал всем заговорщикам:

– Батраки – хорошие работники лишь в первое время.

Потом они же тебя на вилы и поднимут. Потому что не за себя работают, а на кого-то. Я же дам им возможность трудиться на себя и ради блага клана. Чуете разницу, братья?

– Хороши слова, да вериться с трудом, – ответил топорщик Вирась.

– Чую я… – добавил Мирась, – … что Порась будет клану лучшим вождём, чем ты, поросль бледно-зелёная, да не северная. Не жил ты нашими заботами, сопляк. Не поймёшь и устоев.

Андрен освободил ногу из стремени, перенёс через седло и соскочил.

Хотел в лёгкую, но ноги дали слабину. Упал. Зарылся руками в грязь, перемешанную копытами.

Рассмеялись и братья, и крестьяне.

– Глядите-ка, – воскликнул мечник Мирась. – А вождь наш никак сам решил землей заняться? Ну давай, а мы посмотрим.

Андрен чуть приподнялся под общий смех, оскалился:

– Порась, стало быть, брат ваш старший?

– А если и брат, то что? – спросил Вирась.

– А кто отец ваш? – припал на оба колена Андрен, поглаживая землю.

Он то опускал к ней голову, словно нюхал. То водил ладонью по ней, словно шкуру зверя ласкал.

– Так отец здесь среди могил и лежит, – ответил Мирась. – Всеясь.

Андрн Хафл вдруг рассмеялся голосом странным, заливистым:

– А что, если у него и спросим?

– Это как же…спросим? – не понял Вирась, но по спине как холодок пробежал.

Крестьяне, что обступили коней и вождя, вдруг сами ощутили холод по телу.