Чёрный хребет. Книга 4

Глядят на меня, пока я запрягаю марли в телегу и пытаюсь сохранить бодрствующий вид. Не нужно им видеть меня таким расклеенным.

В какой-то момент глаза цепляются за странную вещь: на северо-западе висят тучи: в том же месте, в котором я видел их в прошлый раз. Они вообще не сдвинулись. Кажется, они были там все предыдущие разы, когда я пересекал хребет. Помнится, я даже восторгался их красотой, поскольку с востока от хребта их не бывает.

– Эй! – подзываю девчушку, внучку Стампала. – Не подскажешь, что находится в той стороне?

– Так это.

.. Карут там, – отвечает.

– А почему над ним тучи, которые никуда не уходят?

Она оглядывается, смотрит в указанную сторону, а затем равнодушно пожимает плечами. Когда ты настолько мал – весь мир полон чудес и незначительное явление, вроде куска неба, вечно закрытого тучами, не может конкурировать за твоё любопытство.

Значит, по какой-то причине над Карутом никогда не бывает голубого неба. Он всегда заслонён от солнца.

Занятно.

– Гарн, – произносит Стампал, подходя сзади.

– Держи.

Стампал кладёт в телегу пять небольших мешков.

– Соль, – говорит. – Благовония. Больше ничего нет.

Соль? Как давно я не пробовал соли. В Дарграге часто пользуются специями для усиления вкуса еды: терпкие семена брицота, древесная кора, аналог корицы, пряный мелчер, сушёный тричес, который растёт повсюду у подножия хребта. Но соль... это нечто уровнем повыше.

Не в силах сдержаться, достаю из мешка одну небольшую гранулу и кладу на язык.

Какой божественный вкус!

Такой знакомый, такой сильный.

Внезапно вся еда, которую я ел в предыдущие годы, показалась пресной и безвкусной. Во мне только что проснулся наркоман. Я уже готов обменять и марли, и телегу, на ещё пару мешков этого добра.

– Спасибо, – говорю. – Если сможете, добудьте соли и для нас. Дарграговским должно понравиться.

Залажу на телегу и отбываю в сторону дома. В спешке.

Глава 22

Проезжаю мимо Фаргара, меня встречает дочка Дверона.

Лиссен, кажется.

Девушка на несколько лет старше меня и выглядит по какой-то причине очень смущённой.

Из всех черт отца она унаследовала только скулы, во всём остальном пошла в мать. И это хорошо, поскольку таких страшных людей, как Дверон, ещё поискать надо. Не всем же быть красавцами, как Естур.

– Привет, – говорит.

– Привет, – отвечаю в ожидании какого-то подвоха.

– Отец просил меня передать, чтобы ты зачитал это послание своей матери.

В руках у неё появляется гладкая деревянная дощечка с письменами, выведенными углём.