Хроники острова Юракон. Книга вторая. Новые пути

Эльфийка улыбнулась и приставила лестницу к стволу, позволив Кажету первому подняться наверх.

Внутри дома оказалось на удивление светло и просторно. В единственной комнате умещались две низкие кровати, небольшой стол с парой табуреток и даже полочки для хранения утвари.

— Мы знали, что вы появитесь. Возвеличивая других, самому иногда полезно набраться сил у источников вдохновения, — голос звучал певуче, отражаясь от стен.

Наэлли облегченно вздохнула, в то время как Кажету стало не по себе. Наполовину человек, выросший среди Танголин, он впервые столкнулся с подобными существами, еще и невидимыми! Каково мальчишке, готовящему себя к роли зоркого охотника, не видеть собственного собеседника?

А фея, так и не показавшись, исчезла за порогом.

— Ну и как мы будем с ними жить? Они же могут где угодно появиться! А если я буду голый или занят чем-нибудь очень важным?

— Но ты же не стесняешься деревьев, когда купаешься, — с улыбкой произнесла Наэлли. — И тебя не отвлекают крики птиц и шелест листьев, когда ты и вправдузанят чем-то дельным.

— Но я же не знал, что они были там! И это неприлично, так подглядывать! Может, они и духи, но черты-то у них наши и разговаривают они с нами так, как дерево никогда не заговорило бы! — насупился мальчик.

— Ты просто не слышишь, как говорят деревья! Поверь, у них очень красивые голоса… А феи могут принять очертания кого угодно, хоть жука-водомера! Просто нам легче воспринимать их именно когда они принимают схожий с нами облик, — объяснила Наэлли.

— Почему же они всегда появляются в женском обличии? Ни разу не видел фей-мужчин! — фыркнул Кажет.

— Подумай-ка сам, сынок, — сказала Наэлли. — Феи — духи природы, ее составляющие, а природа очень женственна. Суть фей — в их женственности. Они создают, но не могут разрушить, они рождают красоту, которую не могут осквернить.

Наэлли вдруг ощутила усталость. Долгая дорога и тревога за Канарис утомили ее. Эльфийка с облегчением скинула с плеч дорожную сумку и опустилась на одну из кроватей.

— Если желаешь, можешь обследовать округу, — предложила она сыну. — А я пока отдохну.

— Неудивительно, что ты так охотно меня отпускаешь! Знаешь же, что они присмотрят за мной! — продолжал возмущаться Кажет.