Хроники острова Юракон. Книга вторая. Новые пути

А четвертый… Такого Танголина мы еще не встречали! Ростомголовы на три выше остальных: ему пришлось пригнуться, чтобы пройти в наш туннель! А телосложением больше похож... на куадаранского воина… Только голова ящера, с широким гребнем, как у нан-пу! Неведомо, что за извращенная магия сотворила такого монстра! И еще страшнее, Ваше Величество, что я увидела в нем… — Ашади вдруг замолчала, будто устыдившись своих слишком эмоциональных слов.

— Продолжай, что ты хотела сказать? — подбодрила ее Эльвикери.

— Ваше Величество, этот Танголин показался мне более разумным, чем представители других их видов, — тихо ответила Ашади.

— В его глазах читается острый ум…

Эльвикери вздохнула.

— Что же, у нас будет возможность в этом убедиться. Не будем заранее беспокоиться. Скорее всего, Ашир просто хочет припугнуть нас, показав новый вид ящеров. Куда больше меня интересует самый первый из них, диллоф. Эти Танголины считаются наиболее смышлеными, и Ашир явно тщательно выбирал посла для подобной встречи…

В этот момент в саду появилась Кита, бывшая помощница Ашади.

С недавнего времени она занималась уходом за боевыми питомцами эльфов. Эльвикери возлагала особые надежды на эльфийку и порученную ей миссию, поэтому, заметив ее появление, сразу подозвала к себе.

— Ваше Величество, я лишь хотелаподелиться новостью! Яйцо... Первый дракон вылупился! — выпалила обычно сдержанная эльфийка.

— Знамение... — прошептала Эльвикери. — Вот только к добру ли?

Кита чуть склонилась и собиралась было уйти, но Эльвикери остановила ее.

— Останься, я хочу, чтобы ты взглянула на Танголин, которых мы готовимся встретить. Возможно, это будет полезно для будущего взаимодействия с драконом.

Кита кивнула и немного растерянно отступила за трон, бросив украдкой взгляд на Ашади. Та никак не отреагировала ни на Киту, ни на новость о драконе, но ей явно было не по нраву, что ученица встала во главе важного дела, оставив целительство. Больше же всего раздражал тот факт, что их давний общий друг, ныне командующий войсками эльфов Рикато, относился к Ките куда дружелюбнее, чем когда-либо к самой Ашади.

Главная целительница, по всей видимости, все еще питала к белому эльфу какие-то чувства, и его симпатия к Ките, вкупе со взлетом молодой эльфийки по служебной лестнице, сильно ее уязвили.

Даже столь знаменательное событие, как вылупление дракона, вызвало в Ашади скорее досаду и ревность к чужому успеху, хотя эльфийка едва ли это осознавала.

Кита же могла гордиться по праву.