Ведьмак в теле Маркиза

Он с каким-то странным удовольствием достал из своей коробки жевательный табак и запихнул себе в рот, нервно причмокнув.

— До утра сопляк бы не дотянул, — пробормотал аптекарь, глядя на Цаплю и нервно щурясь. — Я, конечно, не чудотворец, но этому парню повезло, что я был рядом.

— Сейчас всё хорошо? — уточнил я, окинув взглядом лицо подростка.

— Ну, жизни больше ничего не угрожает, кроме её самой, — с усмешкой развёл руками Фаррингдейл, глядя на меня. — Рану я прижёг и зашил. Залил в него зелье. Ещё три бутылька дам для восстановления…

И тут же выудил из своего чемоданчика три небольшие склянки с мутной жидкостью, осторожно поставив их на старую тряпку рядом с Цаплей.

— Вот, тут пять фунтов, — сказал я.

Аптекарь с ухмылкой взял монеты, но было заметно, что он едва сдерживает радость. В его глазах блеснула алчность.

— Благодарю, милорд, — почти пропел он, убирая деньги в карман своего плаща. — Нужна будет ещё помощь, с удовольствием помогу.

Пацаны, что стояли вокруг, сверлили взглядом деньги, которые аптекарь так ловко спрятал. Их шёпот начал нарастать, они оживлённо обсуждали, что Цапля явно связан с кем-то серьёзным, раз целый аристократ прикатил и лекаря с собой привез. А ещё и денег столько отвалил — настоящие сокровища по их меркам.

Фаррингдейл, судя по всему, наслаждался вниманием, особенно когда его сравнили с магом. Самодовольная улыбка скользнула по его лицу, когда он покидал помещение.

Как только аптекарь ушёл, я сел рядом с Цаплей, который уже начал приходить в себя. Он с трудом открыл глаза, оглядел меня и, заметно слабея, пробормотал:

— Милорд… — его голос был слабым, но благодарность в нём читалась отчётливо. Он махнул рукой своим пацанам, чтобы они разошлись. — Клянусь, теперь я вам жизнь должен.

— Об этом позже, — оборвал его я, не желая тратить время на благодарности. — Где мои деньги?

Цапля, не медля, отдал команду:

— Галоша, принеси.

И из последних сил махнул рукой. Пацан тут же побежал, а спустя минуту вернулся, таща за собой свернутую рубаху. Ткань выглядела грязной и поношенной, но тяжесть внутри нее выдавалась отчётливо — там явно лежали монеты.

— Лучше не палите сумму, — осторожно посоветовал Цапля, оглядываясь на своих пацанов, которые всё ещё косились на нас. — Они не в курсе всего.

Я кивнул и наклонился чуть ближе к нему, чтобы никто не слышал.

— Коэффициент был один к пяти.