Ремесленник

Пешком идти туда около двенадцати часов, что меня полностью устраивало. Я понимал, что прогулка будет суровой, а к вечеру отвалятся ноги, но другого выхода у меня не было.

Идти по пересечённой местности, постоянно оборачиваясь на любой шорох, то ещё удовольствие. Этот мир суров, особенно за пределами городских стен. Скорее всего, в других странах ситуация не лучше, но Уральское Содружество – это что-то с чем-то! Шутки про суровых челябинских мужиков уже давно перестали быть шутками, стоило самому Челябинску уйти под воду.

Радовало, что по большей части мне приходилось спускаться, лишь изредка поднимаясь. Хотя на спуск тратится тоже немало сил. Икры задубели уже на третий час прогулки, и это притом, что у Артёма была довольно хорошо прокачена выносливость, да и абсолютным дистрофиком его нельзя назвать. Всё-таки деревенская жизнь оставила свой отпечаток.

Будь Артём в прошлом каким-нибудь офисным клерком, то сдулся бы уже на полпути к Двугорску. А вместо этого, пусть и с недолгими привалами, мне без особых проблем удалось преодолеть этот участок, спустившись на высоту в полкилометра над уровнем моря.

Но глупо было надеяться, что столь опасное путешествие пройдёт без эксцессов…

На одном из подъёмов, успешно скрывшись уже от более чем дюжины машин, я наткнулся на здоровенного кабана. Он валялся на камнях и нежился на солнышке, пока нахал с револьвером его не потревожил.

У меня не было большого желания убивать этого коричневого свинтуса, но он решил иначе. Подскочил и побежал на меня, размахивая своим грязным пяточком.

Туша весом более ста килограмм представляла реальную угрозу.

Один точный выстрел заставил кабана сделать сальто вперёд и кубарем слететь со склона. Почему-то я сразу подумал о шашлыке. Почему? Возможно, потому что Бегемот намекал, что умеет готовить. На что он только не готов, чтобы пожрать.

Всю тушу утилизировать я не смогу, отрезал только ногу. Её хватит с лихвой, чтобы и самому пару раз поесть, и свина накормить.

Забавно, но Бегемоту было абсолютно всё равно на то, чьё мясо жрать.

Уж не знаю, можно ли считать подобное каннибализмом, да и хрен бы с ним. Я с радостью отведаю свежего шашлычка. А раз я ел часа два назад, то можно и маринад сделать. Бегемот заверил, что готовка полностью на нём, и это не могло не радовать, ибо мне ещё топать и топать до Двугорска.

Только я вышел из портала, как сразу же почувствовал неладное. Мёртвая туша исчезла, а ведь меня не было всего две минуты. Кровавый след вёл вверх по склону.