Ремесленник

Не ожидал увидеть на лице строгой и слегка сердитой женщины смущение.

А прикол в том, что ей даже не пришлось лезть к Сэн в трусы, чтобы найти источник сигнала, ведь массивное колечко отлично выыпирало сквозь лосины. На то и был расчёт. Снимать такую штуку в условиях очереди на КПП – такая себе идея.

Нас пропустили, а помогла в этом женская солидарность и поникший вид Сэн. Моя спутница отлично сыграла измученную невольницу. Теперь гранаты в моём распоряжении, хоть и не в прямом доступе. Но даже так можно чувствовать себя более уверенно.

За время подготовки я прокрутил множество сценариев развития событий, но ни один из них не начинался со стрельбы. А началась она в тот момент, когда мы поднимались по лестнице.

На третьем этаже, прямо возле кабинета следователя, к которому нас вызвали, лежали два трупа. Обоих я знал. Первым оказался Интеллигент – его буквально изрешетили из автоматов, а вот со вторым всё не так однозначно.

Его я видел единожды, когда дед забирал ящики с оружием.

Как потом выяснится, он и был стукачом. Его вели по коридору в наручниках, когда Интеллигент на него набросился с пластиковой заточкой в руках. У крота были выколоты глаза, как бы иронично это ни звучало, а из уха торчала та самая заточка.

Это каким надо быть гением, чтобы провести стукача по коридору рядом с тем, кого он сдал?..

***

Спустя полчаса.

Уральское Содружество. Центроуральск.

Подземная парковка Бюро по Особо Важным Делам.

В восьмиместном белом фургоне сидели трое мужчин: двое в костюмах, один в свободной спортивной одежде.

Все в чёрном, как и полагает современным бандитам. Первые двое были обычными «солдатами», а вот любитель свободного стиля – это Антон, сын Малахитова Михаила Сергеевича.

Официально он не был зарегистрирован, дабы мог фигурировать в полицейских базах сразу под разными фамилиями, нарушая закон и не выводя ментов на отца, который был абсолютно чист по бумагам. Эта хитрость позволяла Антону не единожды попадать в поле зрения органов, при этом оставаясь на свободе, постоянно меняя личности и изредка делая пластические операции.

– Ну где они там? – нетерпеливо буркнул Антон, сидевший в салоне фургона.

– Скоро должны выйти, – ответил водитель с роскошной кудрявой шевелюрой и зубочисткой во рту. – Рация молчит, значит, всё идёт по плану.

– Шприц готов? – обратился Антон ко второму. – Нельзя допустить, чтобы он вытворил какую-то дичь.