Вернувшийся

Дверь автомобиля открылась, и изнутри показался столь знакомый мне человек.

Я не видел его несколько лет, и первое, что бросилось в глаза, — его не самый здоровый вид.

Волосы Миши были слегка растрепаны. Лицо, прежде ухоженное и полное энергии, выглядело уставшим. Он явно похудел.

Хотя его одежда оставалась на высоте — дорогой костюм, безупречно сидящий по фигуре, и тщательно подобранные аксессуары, но даже они не скрывали общей измотанности своего владельца.

Он остановился у машины и несколько секунд тупо смотрел на меня, словно пытаясь понять, реальность это или галлюцинация.

Я видел, как его глаза постепенно расширяются, сначала от недоверия, а затем от удивления. Лицо, поначалу спокойное, начало менять выражение, и на нем отразилось явное потрясение.

— Ну привет, Миха, мы тебя уже заждались, — сказал я, поднимая руку в знак приветствия.

Не говоря ни слова, мой старый друг рванул ко мне на полной скорости.

Глава 6

Я ожидал всякого, но не того, что Миша бросится на меня сразу же, как увидит.

Он двигался уверенно, хоть и не выглядел враждебно. При себе у него не было оружия.

Я встал в боевую стойку и был готов в любой момент использовать способность, но нечто заставило меня промедлить.

Всего на секунду, но я почувствовал то, что не позволило мне переместиться или атаковать.

В тот же момент Миша подбежал ко мне и крепко обнял. Он уткнулся мне в грудь лицом и тихо заговорил:

— Ты ведь реален? Я не сплю, а, Марк?

Что у старого дворецкого, что у телохранителей, наблюдавших за этим, отпали челюсти.

— Я рад теплому приему, но не мог бы ты меня отпустить? Больше предпочитаю женские объятия, — похлопал я Мишу по плечу.

Миша отлип от меня и в голос рассмеялся.

— Ну теперь я уверен, что это действительно ты!

— М-михаил Миронович, Вы что, знаете этого человека? — спросил у него старик.

— Конечно! Это мой старый друг, которому я многим обязан. Не побоюсь сказать, что даже жизнью! — он хлопнул меня по плечу.

От осознания глаза старика расширились до предельных значений.

— Хотите сказать, что Вы — тот самый Марк Мирохин? — спросил он у меня.

— Ну есть такое, — ответил я.

Дворецкий, которого, по всей видимости, звали Серж, упал на землю, кланяясь мне в ноги.

— Простите великодушно, что не верил Вашим словам. Это моя ошибка, и я готов единолично понести за нее наказание.